Едва вернувшись в русскую столицу, Петр велел своим сановникам сбрить бороды и укоротить длиннополые кафтаны. Несколько позже последовали распоряжения об обязательном ношении одежды западного образца. Исключение составляли духовные лица, извозчики и крестьяне. Новая мода в одежде теперь отделила горожан от духовенства и крестьян. Особенно жестоко царь поступил с мятежными стрельцами, прежней личной охраной, которая была ненавистна ему со времени резни 1682 г. (см. главу «Иван V и регентша Софья»), Он начал акцию по их уничтожению, которая продолжалась несколько месяцев и была беспрецедентна по своему размаху. День и ночь стрельцов допрашивали и пытали. В Преображенском, где пытали больше всего, постоянно горели до тридцати костров, которые были видны всем. С октября 1698 г. до февраля 1699 г. были публично казнены более 1000 человек. Чтобы заполнить образовавшиеся в результате этого большие пробелы в рядовом составе армии, Петр при казал сформировать новые пехотные полки. Правда, «полки нового строя», как их до сих пор называли, в большинстве случаев еще должны были возглавлять иностранные офицеры. Но уже год спустя Петр ввел обязательное офицерское образование для молодых русских служилых дворян.
Северная война и имперская политика
Завязнув в турецкой политике и не имея перспективы добиться господства России над Причерноморьем, Петр снова интенсивно занялся «балтийским вопросом», который привлекал его внимание и раньше. О притязаниях России на получение шведского порта на Балтийском море Петр уже однозначно заявлял во время визита в Ригу в начале июля 1697 г. Так, шведский генерал-губернатор Лифляндии Эрик Далберг в своем отчете писал, что «наш сильный неблагосклонный сосед, русский» угрожал, «используя всю мощь, добиться утверждения на Балтийском море, чтобы оттуда удобнее было стабилизировать китайскую и персидскую торговлю с его лучшими друзьями в Голландии и Англии». Сам Петр высказал свое отношение к этому вопросу позже, во время войны, в известном письме к царевичу Алексею от 11 октября 1715 г. «Ты не можешь не знать, — писал он своему сыну, — как наш народ утеснен был от шведов, которые не только ограбили толь нужными отеческими пристаньми, но и разумным очам к нашему нелюбозрению добрый задернули занавес и со всем светом коммуникацию пресекли». Шведы постоянно сводили на нет военные попытки России, в частности при отце Петра Алексее Михайловиче, утвердиться на побережье Балтийского моря. Господствующее положение Швеции на Балтийском море сильнее всего затрагивало интересы не только Москвы, но и Польши, Бранденбурга-Пруссии, Мекленбурга, Голштейн-Готторпа и Дании. Петр I стремился к тому, чтобы пробить шведский барьер и, создав русские порты на Балтийском море, сделать свое царство центром всемирной торговли.
Правда, кампания против шведов таила в себе большой риск для России. Северное королевство со времени Тридцати летней войны стало внушающей страх великой державой, чья военная мощь основывалась не только на строго организованной и обученной армии, но и на добыче большого количества железа и меди. Это позволяло оснастить шведское войско очень мощной артиллерией. Кроме того, король Швеции Карл XII (1697–1718), начавший правление в возрасте пятнадцати лет, уже в юные годы считался талантливым военачальником, а своими последующими победами быстро заслужил репутацию величайшего полководческого гения Европы. Вооружение русской армии, напротив, было неразвитым и пока маломощным, а шансы поставить на колени превосходящего соперника, казались более чем незначительными. Сам царь Петр, правда, позже, после счастливого исхода большой войны, говорил о том, что русские начали войну «как слепые», «не зная сил противника и собственного положения».
Русский царь из-за антишведских действий его позднейших союзников Дании и Саксонии — Польши вскоре попал в цугцванг. Уже в феврале 1700 г. король Август Сильный начал военные действия против Швеции внезапным нападением саксонцев на Ригу, которое закончилось полным крахом. Царь Петр, до того момента еще не участвовавший в разразившейся таким образом большой Северной войне, 19 (30 по н. с) августа объявил войну Карлу XII. Еще за несколько дней до вступления России в войну, 8 августа (по и. с.) 1700 г., шведскому королю удалось принудить Данию к заключению мира в Травендале под Любеком. Таким образом, коалиция Саксонии-Польши, Дании и России развалилась еще до вступления в действие.
Дальнейшие поражения ослабленной коалиции не заста вили себя ждать. Так, главные силы русской армии, насчитывавшие 10 000 человек, были уничтожены или попали в плен в битве под Нарвой 19 (30 по н. с.) ноября 1700 г. Однако Петр I уже в начале Северной войны проявил себя как человек, который ни в коей мере не склонен отказываться от своих целей. Уже 31 декабря 1701 г. (10 января 1702 г. по н. с.) ему удалось разбить шведские армейские подразделения под командованием генерал-майора Вильгельма фон Шлиппенбаха у местечка Эрестфер (Эрасфер) в 50 км от Дерпта. В 1702–1704 гг. Петр существенно укрепил свои позиции завоеванием шведских крепостей Нетеборг 11 (22 по н. с.) октября 1702 г. и Ниеншанц 1 (12 по н. с.) мая 1703 г., а также строительством крепости Кроншлот в 29 км от строившегося в то время Санкт Петербурга.
В то время, когда полководец Петра Борис Петрович Шереметев победоносно действовал в Эстляндии и Лифляндии, Карл XII вступил в Польшу, чтобы одержать верх над Августом Сильным. Шведский король спешил от победы к победе. Уже в мае 1702 г. пала Варшава, а в июле того же года король Карл нанес решающее поражение Августу Сильному под Клишовом, южнее Килце. 12 июля 1704 г. (по н. с.) с подачи Карла XII противник Августа Сильного, Станислав Лещинский, был избран королем Польши, а Август объявлен низложенным.
Сам Петр I в это время усилил свои военные действия на балтийском фронте и осуществил новые завоевания. Крепости Дерпт (13 [24 по н. с.] июля) и Нарва с Ивангородом (9. [20 по н. с.] августа) 1704 г. вынуждены были открыть ворота перед наступающими русскими войсками В этой ситуации главной заботой царя, который в мае 1705 г. заболел лихорадкой от перенапряжения, была мобилизация огромных денежных сумм для удовлетворения потребностей войны. К этому добавилось то, что ввиду катастрофических ситуаций, сложившихся на разных участках фронта, угрожающе росла деморализация русской армии.
Шведский король с осени 1706 г. принял все меры, чтобы реализовать свой военный перевес. Он приказал своей армии, насчитывавшей 40000 человек, наступать на жизненно-важные центры юга русского государства. В та кой крайне тяжелой ситуации царь в середине марта 1708 г. снова в течение недели оказался прикован к постели лихорадкой. Только в конце июня он почувствовал себя достаточно хорошо, чтобы отправиться на фронт. Применявшаяся Петром тактика мелких ударов и разрушения коммуникаций противника скоро привела к трудностям в снабжении шведской армии. С конца февраля — начала марта 1709 г. главные силы короля стояли между Псе-лом и Ворсклой, северными притоками Днепра. Их штаб-квартира находилась в Будищах, севернее русской крепости Полтава.
С появлением Петра на украинском театре военных действий стало ясно, что русский монарх был готов принять решающий бой. Царская армия насчитывала 58 пехотных и 17 кавалерийских полков, всего 42 500 человек, и сверх того около 100 орудий. Войска шведов состояли примерно из 22000 человек, вооруженных небольшим количеством пушек, в то время как союзники-казаки под командованием гетмана Мазепы находились в резерве. Однако Карлом XII был разработан исключительный план сражения. Пред полагалось ошеломить армию Петра и вынудить ее вести бой, имея за спиной реку. 27 июня (8 июля по н. с.) 1709 г. в 2 часа утра шведские батальоны устремились вперед в неистовой штыковой атаке и уже поколебали передние линии русских, но не смогли их прорвать. После многочасовых ожесточенных боев шведам пришлось признать себя побежденными. Со шведской стороны было убито 7000 человек, попали в русский плен 3000 человек. Потери в царской армии составили 1350 убитыми и 3290 ранеными. Королю Карлу ХП удалось с остатком армии спастись на турецкой территории.