Но откуда взялась эта вот воинственность сарматских дам?
А взглянем-ка мы снова на гаплогруппы.
Мумии и костные останки, найденные в древних скифских курганах, раскиданных от Чёрного моря до Монголии, позволили сказать, что люди, там похороненные, имеют гаплогруппу R1a1.
Об этом мы уже говорили. Ничего удивительного, это мы знаем: скифы — те же арии, только более поздней генерации, нежели ушедшие в Индию. А вот сарматы, которых историки почти без исключения дружно считают если не потомками, то во всяком случае родственниками скифов с иранской стороны, —
— оказываются им далеко не родственниками!
Ибо если судить по прямым потомкам сарматов аланам — нынешним осетинам, то их гаплотип был из совсем другой группы.
G3 была их гаплогруппа.
Маркер G3 так и называют — сарматским или аланским. Среди осетин его носителей насчитывается 75 %. Кроме того, высокая частота гаплогруппы G отличает также мегрелов, адыгов, черкесов и кабардинцев. То есть Северо-Западный Кавказ.
А «родина» гаплогруппы G, согласно недавним исследованиям, — регион, где соединяются сегодняшние Иран и Турция.
И вот тут остаётся нам вспомнить другую легенду, переданную Геродотом:
…скифы 28 лет владычествовали в Верхней Азии. Следуя за киммерийцами, они проникли в Азию и сокрушили державу мидян (до прихода скифов Азией владели мидяне). Когда затем после 28-летнего отсутствия спустя столько времени скифы возвратились в свою страну, их ждало бедствие, не меньшее, чем война с мидянами: они встретили там сильное вражеское войско. Ведь жёны скифов вследствие долгого отсутствия мужей вступили в связь с рабами…
3. От этих-то рабов и жён скифов выросло молодое поколение. Узнав своё происхождение, юноши стали противиться скифам, когда те возвратились из Мидии. Прежде всего, они оградили свою землю, выкопав широкий ров от Таврийских гор до самой широкой части Меотийского озера. Когда затем скифы пытались переправиться через озеро, молодые рабы, выступив им навстречу, начали с ними борьбу. Произошло много сражений, но скифы никак не могли одолеть противников; тогда один из них сказал так: «Что это мы делаем, скифские воины? Мы боремся с нашими собственными рабами! Ведь когда они убивают нас, мы слабеем; если же мы перебьём их, то впредь у нас будет меньше рабов. Поэтому, как мне думается, нужно оставить копья и луки, пусть каждый со своим кнутом пойдёт на них. Ведъ пока они видели нас вооружёнными, они считали себя равными нам, т. е. свободнорождёнными. Если же они увидят нас с кнутом вместо оружия, то поймут, что они наши рабы, и, признав это, уже не дерзнут противиться».
4. Услышав эти слова, скифы тотчас последовали его совету. Рабы же, устрашённые этим, забыли о битвах и бежали. Итак, скифы были властителями Азии; затем после изгнания их мидянами они таким вот образом возвратились в родную страну.
Эпизод с устрашением рабов кнутами оставляю на совести Геродота. Может, отцы тех юношей и помнили своё рабское состояние, но уж их сыновья-то никоим образом не должны были сохранить страх перед плёткой. Они ведь уже были рождены свободными!
А вот всё остальное, при всей экзотичности истории, сходится с тем, что дают нам история и генетика вместе.
Скифы действительно долго воевали в Мидии. Вообще в Азии. Доходили до Египта, громили киммерийцев на побережье Эгейского моря, покоряли Ханаан, территорию нынешней Палестины.
И в результате они утвердились в Северной Персии, оккупировав царство Урарту, взяли под контроль другие территории, расположенные к западу до Халиса. Затем атаковали Сирию и Иудею, достигли в 611 году до н. э. Египта, —
— где царь Псаметек откупился от них, чтобы остановить их дальнейшее продвижение.
Косвенным образом скифы содействовали падению Ассирии: ради того, чтобы их выгнать обратно за Кавказские горы, мидийцы вступили в союз с вавилонянами. Сначала была достигнута стратегическая цель последних — Ассирия пала. С большим грохотом. Два месяца шла осада Ниневии, и союзники поначалу ничего не могли добиться. Но затем они додумались перегородить Тигр, с тем чтобы вода подмывала городские стены. Это удалось, стены обрушились, и после непродолжительных уличных боёв столица Ассирии была взята.
Тогда и попало в нарицательные понятия имя Навуходоносора. По его приказу все жители были истреблены поголовно, а город тотально разрушен.
Мидийцы своих целей тоже поначалу достигли — вытеснили скифов туда, откуда те начали своё вторжение в Азию. Вот только дальше история подтвердила истину о том, что не стоит козлёнку вступать в союз с волком: Мидия ненамного пережила Ассирию и вскоре стала обычной персидской провинцией.
…в 480 году до основания города (Рима) царь египетский Весоз, или желая смешать войной юг и север, разделённые почти целым небом и морем пояса, или присоединить их к своему царству, первым объявил войну скифам, отправив наперёд послов объявить врагам условия подчинения. На это скифы отвечают, что глупо богатейший царь предпринял войну против неимущих, ибо ему, наоборот, следует бояться, как бы не остаться, ввиду неизвестного исхода войны, без всяких выгод и с явными убытками. Затем им не приходится ждать, пока к ним придут, а они пойдут сами навстречу добыче. Они не медлят, и за словом следует дело. Прежде всего, они принуждают самого Весоза в испуге бежать в своё царство, на оставленное же войско нападают и забирают все военные припасы. Они опустошили бы также весь Египет, если бы не были задержаны и отражены болотами. Вернувшись тотчас назад, они бесконечной резнёй покорили всю Азию и сделали её своей данницей.
Это к вопросу, откуда рабы. Когда воюют, всегда появляются пленные, которых обращали в рабов. Значительная их часть продавалась на месте, а остальные — нужные, полезные в хозяйстве кадры — отводились на родину захватчиков.
А какая добыча в Мидии, Анатолии, Междуречье и Южном Кавказе с точки зрения генетической? Мужчины — прежде всего носители маркера G, ещё в первобытной древности отделившиеся от «нас» и отошедшие в эти места. Теперь же они в виде рабов появляются на родине скифов, в Причерноморье и Волго-Донских степях.
Но вот это —
— возвратились в свою страну… они встретили там сильное вражеское войско. Ведь жёны скифов вследствие долгого отсутствия мужей вступили в связь с рабами —
— конечно же, чистая легенда. Разумеется, при столь длительном воздержании от половой жизни — а ведь надо ещё понимать роль женщины в те времена, когда секс был единственным доступным ей удовольствием, — связь хоть бы и с рабами неизбежна. Но главное — в любом случае женщины самостоятельно не могли на протяжении почти трети века управляться с хозяйством. Хотя бы по той причине, что при этом сугубо женская общность немедленно стала бы объектом агрессии со стороны любой заезжей банды противоположного пола.
Значит, на месте оставалось достаточно мужчин, чтобы исполнять по меньшей мере защитные и оборонительные функции. А следовательно, и управленческие. Ибо всегда, а в те времена в особенности, власть у того, у кого сила.
Складывая все эти информемы в непротиворечивую картину, нам остаётся только предположить, что на родине тех скифов, что воевали в Азии, произошло обычное восстание рабов. Восстание успешное, при котором удалось взять власть в свои руки. Ну и женщин…
А там уж победили ли их вернувшиеся домой разъярённые скифы, нет ли — неизвестно. В любом случае определённое количество самых умных повстанцев должно было уйти подальше и затеряться где-нибудь в степях, —
— на восток от Танаиса и три дня на север от озера Меотида…