С большим или меньшим рвением, с различной степенью жестокости все западные союзники выполнили положения Ялтинских соглашений, касающиеся выдачи Советам бывших военнопленных и советских граждан вообще. Англичане выдали Москве на казнь даже русских генералов Шкуро (кавалера Ордена Бани) и Краснова, никогда не бывших гражданами Советского Союза. Выдали командира казачьего корпуса, чистокровного немца, генерала германской армии фон Паннвица! Когда требовала советская госбезопасность, запросто выдавали старых эмигрантов. Справедливости ради признаем, что кое-где, в получастном порядке, тормозили, придерживали выдачу. При еще большем рвении отлов был бы стопроцентным.
Особенно старались французы. Хотя их в Ялту не позвали и все было решено без них, они в своей зоне оккупации предоставили полную свободу советским оперативникам — хватай, кого хочешь. А в самой Франции НКВД действовал свободно, располагая даже собственными местами заключения, при полной поддержке французской полиции, куда после войны пролезло множество коммунистов и просто уголовников.
Когда в начале февраля 1945 года Сталин, Рузвельт и Черчилль решали в Крыму судьбы послевоенного мира, тогдашний государственный секретарь США Стеттиниус сообщал в Вашингтон, что нет смысла настаивать на применении Женевской конвенции к советским гражданам в плену. Иначе, мол, могут возникнуть серьезные затруднения с освобождением американских военнопленных.
Иными словами: если настаивать на принципе добровольной репатриации (о ней и шла речь) советских военнопленных, оказавшихся на территории, занятой союзниками, то попавшие в руки доблестной советской армии американцы, англичане и прочие союзные военнопленные домой не вернутся.
Это не было пустой угрозой. Только что кончилась война и «Правда» от 16 июня 1945 года напечатала сообщение ТАСС: «Отправка швейцарских граждан, находящихся в распоряжении советских органов по репатриации, приостановлена вплоть до получения сведений о том, что швейцарские власти приняли действительные меры к быстрой репатриации советских граждан в Советский Союз».
Напрасно думали беглецы, что в нейтральной Швейцарии их не достанут. В руках Советов были швейцарцы!
И уже 3-го октября того же 1945 года «Правда» сообщает:»К настоящему времени все советские граждане в количестве девяти тысяч шестисот трех человек репатриированы. Ввиду этого 1-го октября сего года Советское правительство дало указание возобновить репатриацию швейцарских граждан, находящихся в распоряжении советских органов по репатриации».
А на следующий день, 4 октября, возглавлявший комиссию по репатриации генерал-полковник Голиков писал в «Правде» назидательно: «Советское правительство, партия Ленина-Сталина ни на минуту не забывали о своих гражданах, страдающих на чужбине».
Куда уж там. Черта с два забудут!
Ялта прочно вошла в историю наравне с Мюнхеном, откуда «человек с зонтиком», Чемберлен, капитулировав перед Гитлером, привез гарантию мира «для нынешнего поколения».
Докладывая о крымской встрече Конгрессу, Рузвельт говорил, что привез из Ялты «самые обнадеживающие соглашения, какие только возможно». Он получил гарантию мира на пятьдесят лет.
Черчилль же заявлял английскому парламенту: «Впечатления, вывезенные мной из Крыма: маршал Сталин и советские руководители желают жить с западными демократиями в дружбе и равенстве».
Помощник Рузвельта Хопкинс писал после встречи в Ливадии Шервуду: «Все мы были уверены, что это начало великого дня, о котором мы молились столько лет. Мы были уверены, что одержали первую великую победу в битве за мир».
Каковы же были конкретные ялтинские решения, вызвавшие столь бурный восторг?
В Ялте была окончательно определена восточная граница Польши по «линии Керзона», но, как сказано в соглашении, с отступлениями в пользу Польши. В пользу-то в пользу, только заодно утвердили окончательный отход к СССР принадлежащих до войны Польше Западной Украины и Западной Белоруссии и обеспечили Москве возможность полного политического контроля над будущим польским государством.
Обеспокоенный в первую очередь возможным послевоенным усилением США, Черчилль охотно поддержал эти требования Сталина, как поддержал он и советское требование располагать в ООН тремя голосами, путем признания суверенитета (?) Украины и Белоруссии.