— По логике правительства, Борис Николаевич, армии у нас уже нет.
— Грачев есть, а армии нет?
— Так Ефанов теперь на «алмаз-Антей» нацелился! Значит, Борис Николаевич, скоро мы останемся без «С-300» и не заложим «С-400»! цель этой банды — угробить ЗИЛ и его филиалы; в Ярцево завод полностью идет под снос.
Ельцин поднял голову:
— Как под снос?
— На металлолом.
— Вы шта?.. Смеетесь? Они шта… а? режут, где я строил?..
— Режут, Борис Николаевич. Нет у них других навыков! А на нас с вами Ефанов чихать хотел. И ЗИЛ действительно лежит теперь на боку… разворованный.
Ельцин встал. Он был каким-то растерянным.
— 3-забирайте завод, Юрий Михайлович! — рявкнул он. — Вот… мое решение. Подпись Президента — отозвать! Ефанова — гнать. Вертайте Потанину его кредиты, и пусть радуется, что мы ему хуже не сделали… Если надо, приедем с вами на ЗИЛ и я выступлю! 40 миллионов ведут… у нас… нищенское существование! И еще 100 тысяч? Гайдар, правда, обес-щает рост. Зато по Бурбулису я уже решение принял. Осточертел! Куда ни зайду — везде Бурбулис. С идеями. В туалет боюсь сходить: вдруг там Бурбулис?
Лужков засмеялся: он представил, как Бурбулис караулит Президента в кабинке туалета.
— 15 костюмов заказал в ателье! И ни рубля не заплатил. Это шта… а? он всех позорит! Коржаков докладывает: с бизнеса берет за каждую встречу со мной по 50 тысяч долларов. И от него уже воняет деньгами!
— Безмозглое легкомыслие, Борис Николаевич… — развел руками Лужков.
— Вот и проводим. — Ельцин закусил губу и округлил глаза. — Без почестей. С Егором Тимуровичем вы меня убили сейчас… совершенно. Про увольнение правительства я говорю вам так: пусть будет естественный отбор, но ускоренно и заботливо направляемый. — Нет, это шта-а… получается? Мы им — рынок, вышибале этому, а они там, на ЗИЛе, этим самым… занимаются? Человеческий облик потеряли?! Вот так на свободу откликнулись:
Ельцин, кажется, чуть успокоился.
— Но я убежден: новая Россия, Юрий Михайлович, уже создана, и назад поворота не будет! Правда… — помедлил он, — ошибки есть. Я их вижу и не скрываю. Только что я сам, понимашь… чуть не ошибся. Принимаю решение: Бориса Немцова из Нижнего — в Москву. На ответственную работу. Делаю, значит, кадровое предложение. Немцов — довольный, и вдруг — глаза в пол. «Чего, — спрашиваю, — пригорюнился? Есть сомнения — говори…»
Молчит. А я настаиваю, выкладывай, говорю, все как есть.
«Большая, — отвечает, — проблема, Борис Николаевич. Я так устроен… мне постоянно женщину нужно. Вот как мужчина мужчине могу сказать. Три раза в день. Иначе работать не могу…»
Лужков не поверил:
— Три раза?
— Ну да! Женщину хочет. Такие объемы. И желательно молодых! А если женщины нет, он не в состоянии руководить…
Я, Юрий Михайлович, был ошарашен. А как он в районы выезжает: женщин с собой возит?
— Невероятно…
— В Нижнем, говорит, процесс налажен и идет! А тут Коржаков. Он пронюхает и доложит. Куда следует. То есть — вам… Мне, значит, — уточнил Ельцин.
«Мне бы его проблемы», — подумал Лужков о Немцове, но Ельцин вдруг предложил:
— М-может, мы пообедаем? Как, Юрий Михайлович?
— С удовольствием, — кивнул Лужков.
За весь день он даже стакан чая не выпил.
— А перед обедом… — у Ельцина в глазах было что-то похожее на мольбу, — может… по-русски, понимашь… — а?
Лужков улыбнулся:
— Я не пью… — извинился он.
— Даже… Президенту откажете?.. — удивился Ельцин.
— Отпил свое, Борис Николаевич.
— Вам шта? Тру-удно по грамму?..
— Легко! Но невозможно. Другие категории, Борис Николаевич: слово жене дал.
— А вы… шта-а? ее боитесь?
— Конечно! Огорчить боюсь.
«Он все-таки чужой…» — подумал Ельцин.
«Ему даже выпить не с кем…» — догадался Лужков.
— А на ЗИЛе, значит, бильярд?
— Там еще и пилинг делают.
Ельцин открыл рот.
— Шта-а… делают?
— Пилинг. Процедура для здоровья, Борис Николаевич. Специально обученные женщины медленно тебя раздевают и укладывают в водоросли.
— Куда?.. — не верил Ельцин.
— В водоросли. В ванной комнате.
— Какие водоросли? Из озера? Или с моря везут?
Лужков задумался:
— Точно не знаю, Борис Николаевич… Но — максимально полезные. А чтоб эффект был, тебя заворачивают в целлофан. Как покойника, когда на гроб денег нет.
— Мать честная
— Омоложение организма. Прямо на рабочем месте.
— Вот шта… с Илом сделали, сволочи… И прям… женщины? — переспросил он.
— Кому пилинг, кому бабу к завтраку…