Быкова Ролана… знаешь? Смотрел «Айболита»? «Тридцать лет, — сказал Быков недавно, — снимаю кино. Каждый съемочный день начинается с одной и той же фразы: «Ролан Антонович, сегодня снимать нельзя»…»
Каждый! Понимаешь меня? То дождь, то снег, то понос, то желтуха…
— Понимаю, — вздохнул Иванников. — Можно, я пойду?
— Будет «можно», я скажу. Чем задачи отличаются от проблем? Задача — это когда надо попасть в цель, а проблема — это когда в тебя целятся. Чувствуешь разницу?
— Хорошая фраза, Анатолий Борисович.
Чубайс закончил с зарядкой, расправил плечи и вернулся за письменный стол.
— У Ролана, друг мой, был гениальный администратор. Семен Израилевич, я даже имя запомнил! Четыре утра, они несутся на съемки в Загорск. Где-то в лесу — встали, автобус сломался.
— Ролан, дай десятку, — просит Семен Израилевич.
— Чего?
— Рублей.
— Зачем?
— Tee жалко?
— Жалко.
— Зачем-зачем… — бормочет Семен Израилевич, а они на «ты» были. — Дашь десятку — тогда поедем…
Семен Израилевич берет, Костя, у Быкова 10 рублей, ловит попутку и возвращается через 20 минут — с той деталью, которая только что накрылась у них в автобусе. И они снова несутся в Загорск.
В автобусе — немая сцена. Семен Израилевич клюет носом у окна. Пытается заснуть.
Подсаживается Быков:
— Сеня, как?..
— Что «как»?
— Скажи: как?..
— Чего пристал?
— Хочу знать: как?
— Мы едем? Едем… Вон автобус стоит. Видишь? Так вот: он стоит, а мы едем…
— Деталь купил? — догадался Иванников. — За вами записывать надо, Анатолий Борисович!
— Главное, Костя: деталь он купил за пятерку, ибо автобус — государственный, а с государства — хоть шерсти клок, это у народа принцип.
Вторую пятерку он спиз… а, конечно, и был, я думаю, очень недоволен собой, ибо он взял с Быкова десятку, а мог бы и 25!
— Понимаю… — засмеялся Иванников.
— Скажи, Костя: он эту пятеру украл или заработал?
Нынче в кредит отдаваться опасно,
Неуповай на одни обещанья!
Кто не заплатит в минуту соблазна,
Тот не заплатит и в час покаянья, –
продекламировал Чубайс.
— Понял?
— Хорошие стихи, Анатолий Борисович.
— Жан-Батист Пьер Антуан шевалье де Ламарк.
— Могу идти?
— Теперь иди… — и Чубайс снова уткнулся в бумаги.
…Кремль — странное место, конечно: каждый, кто попадает в коридоры Кремля, в его кабинеты или в залы, вдруг становится как бы ниже ростом. — Да, никто не спорит: итоги работы правительства полагается обсуждать всенародно. Но не пять же раз в год, господа! — Впрочем, если у людей, у страны столько вопросов к правительству, значит у правительства, у Чубайса должны быть ответы.
Сначала — хлеб. Безусловно. 1991-й год — самый урожайный за последнее десятилетие. Но огромные запасы зерна остались в Казахстане и на Украине. Да, либерализация цен не решила — сейчас — самый главный вопрос — проблему снабжения больших городов продовольствием. Как жить России, если в России никто не платит налоги? почему Тыва, например, не может достроить уникальный кожевенный завод? Почему в Екатеринбурге нет денег, чтобы загрузить Уралвагонзавод и выдать, наконец, с конвейера новый танк? Министерство обороны очень хочет этот танк купить, но не может, потому что у Министерства обороны сейчас нет денег, — как же это все так рассыпалось, черт возьми? Кто ответит на этот вопрос?
Анатолий Борисович отложил бумаги, достал блокнот и стал что-то быстро-быстро писать.
…Недополучение налогов с территории сегодня — 74 %! Значит, не в приватизации дело? Те заводы, которые остались за государством, они-то почему сейчас не работают?.. Тоже Чубайс виноват?!
Если там, в Кремле, депутаты призовут — сегодня-завтра — его к ответу, он с удовольствием выйдет на трибуну: его речь — вот она, готова, осталось только ее записать.
— Исторические параллели хромают, как говорил один генералиссимус, — быстро писал Чубайс, — но я хотел бы, коллеги, напомнить: как известный ученый, профессор Симановская описывает снабжение Пекина перед закатом Миньской династии, пожалуйста, цитирую: «Длительная война… привела к резкому сокращению налоговых поступлений в казну. Ослабление связей препятствовало передвижению в столицу грузов и поступления налогов. Местные власти, ссылаясь на всевозможные обстоятельства, с удовольствием задерживали у себя крупные суммы и не спешили с их отправкой в Пекин…».