Духовное превосходство над своей эпохой — шикарная штука!
До Кремля Чубайс ехал десять минут. Где бы он ни появлялся, люди всегда смотрели ему вслед.
Что это за вызывающая сила такая, а?
71
Нет, чистая глупость, конечно: культпоход в театр. Эх, Ева, Ева… — вот у кого вертолет в голове! — Но и Алька — умница, она отбивалась от театра как могла. Кричала, что у нее болит живот, «красные дни календаря», тяжелейший случай… какой, к черту, Чехов, если внутри — сплошное салопное болото и душа веревки просит?!
Алька в самом деле выглядела сейчас, как после 300 грамм водки. И с утра уже накричала на Еву:
— Кручусь как дура в колесе… с твоим Григорием Алексеевичем!
— Не как дура, а как белочка… — ласково говорила Ева.
— У белочки хоть шубка есть, а я — дура!..
— А ты какую шубку хочешь?
— Я? Из черномурки.
— Какую… малыш?
— Я что, не в тему сказала?..
В школе у Евы был мальчик Ванечка: она часто сейчас его вспоминала. Сначала Ванечка ходил за ней по пятам. Потом Ева доверила Ванечке носить свой портфель, потом — относить этот портфель «нужным людям», и «нужные люди» набивали его косметикой, которую Ева распространяла среди подружек. За наличный расчет.
Когда Еве исполнилось четырнадцать, Ванечка стал ее первым мужчиной. Хорошо, что Ванечка, не кто-то из взрослых: дети сами часто толкают взрослых на преступления, только Ева не стоила, разумеется, того, чтобы из-за ее распутства кто-то из взрослых гнил в тюремных камерах.
Ева пошла по рукам; жить без секса она уже не могла. Ей четырнадцать, а она уже — как тигрица, — тигрицы, кстати, не знают, что такое сердечная привязанность, и умоляют всех тигров сразу!
Встретив красивого парня, Ева мысленно его раздевала. Сразу! Александра Петровна, мама Евы, сама школьная учительница, догадалась, что с ее девочкой что-то неладное. А тут и сама Ева сглупила. Прочитала о Золушке, озадачила мать вопросом: с чего это Золушка так рвалась к принцу, если у нее до утра была свободна хата?..
Какой к черту театр, если нет настроения?! И Григорий Алексеевич достал, все время недоволен Россией, она плохо за него голосует.
Причем тут Алька? Ну, вот… причем? Сейчас, спустя полгода, Григорию Алексеевичу не нравились: а) ее грудь, б) ее белье (красивое, дорогое белье он никогда не дарил) и в) химический состав ее слюны.
— Ты ведь… мне изменяешь, да?.. — допытывался Григорий Алексеевич.
— А кому же еще?.. — удивлялась Алька.
По вечерам Григорий Алексеевич выпивал. Алька к его пьянкам относилась спокойно: мужик должен быть, как заяц, слегка косой и при капусте, но Григорий Алексеевич пил не под капусту, а под рукав, в одиночку, как пацан: он боялся себя пьяного, боялся, что у него — вдруг — развяжется язык.
Как же Григорий Алексеевич робел перед Ельциным, — о!
— Проснулась я, Гришенька… — ластилась к нему Алька, а тебя нет… — Где ты был, дорогой?..
— А где ты проснулась?.. — хмурился Григорий Алексеевич.
Какой он интересный с утра!..
Так он и живет, этот «маменькин телок» — с оттопыренной губой! Денег, кстати, у Григория Алексеевича тоже не много. У Мельникова, например, гораздо больше. (От скуки Алька сошлась — за спиной Григория Алексеевича — еще и с Мельниковым: он свозил ее в Стамбул, на Босфор, обещал показать Париж, но Мельников ей быстро разонравился — скользкий, сволочь, как глист.]
Еще Григорий Алексеевич много говорил о Сахалине: будет, мол, «Сахалин, будут и бабки». — Послушайте: если в девушку не вкладывают деньги, значит девушка — дерьмо! Мельников смеется: Григорий Алексеевич боксер, ему в квартире, у туалета, даже «грушу» повесили! Только это не спорт, это Григорий Алексеевич так злобу на людей вымещает…
Прыгающий мужик. Всю жизнь — прыгающий мужик. Интересно: в политике у них все такие?
Григорий Алексеевич плохо, кстати, спит по ночам, поэтому всегда какой-то несвежий. По ночам ему слышатся голоса и бывают видения. Савонарола какой-то! Меч Господень — высоко в небе, а Гриша бежит, бежит к нему, руки тянет, достать не может. Меч становится все выше и выше, выше и выше, выше и выше…
«Кто с мечом к нам придет, тот конкретно отстал в гонке вооружений», — заявил он как-то за завтраком.
Алька испугалась: поехал?
А Ева — гениальный мужиковед, конечно… Выстрелит — не промахнется! На каждом умеет заработать: либо деньги, либо — связи. Театр придумала, надо же! Нынче театр, завтра планетарий (там, говорят, вообще только сумасшедшие). Потом она еще что-то про Загорск трындела, лавра какая-то, а туда, в Загорск, только электрички ходят.