До сих пор не женат. Крутой заложник, можно сказать, общественного долга.
В Монако Марейка полностью отказалась от белья. Во-первых, лето. Во-вторых, это правильно. В нужный момент, говорит, я ножки кокетливо раздвину и розетку свою продемонстрирую. Смотрите, французы, какая фазенда! Ну, кто на новенького?! Втавьте штепсель — и заискрит!..
Картина маслом и сыром: сидит на трибуне девушка-куколка, в руках — молитвенник. И вдруг… смотрите, какой зверь, мужики, у меня между ног…
«Покажу цел очку с твою тарелочку…»
Была в Китае принцесса — Турандот. Сволочь та еще, изводила мужиков как могла! Этим и запомнилась.
Нет уж, ребята: загадками сейчас не дразнить, а завлекать, завлекать надо… Тогда точно сказка получится, да еще какая…
…Разгар сезона. Номера в отелях Канн, Ниццы и Монте-Карло заказывать надо месяца за два (лучше за полгода).
Ладно, «первый блин всегда комом», поселилась Марейка с французом за 180 километров от Монако, высоко в Альпах.
Главная национальная проблема Франции — это такси. Если футбол, вызвать такси вообще нереально. Тем более в Альпы! — Фанат издергался (он еще и не выспался, бедняга, потому как Марейка полночи ему собственный футбол демонстрировала); с гор, короче, можно спуститься только на «двойке» — на своих двоих…
Фанат орет, как кот недотраханный, а Марейка… мордочку «воробушком», ну и уломала старичка какого-то, альпийского старожила, сгонять в Монако на своем драндулете за приличный наличный расчет!
Старик был дикий. Сначала он вообще приехал в Ментону а когда нашлись добрые люди, настоящий путь подсказали, полицейские наряды полностью перекрыли все дороги к столице: король Испании на подъезде, так что к стадиону, господа болельщики, пожалуйте пешком.
Пошел дождь. И какой! Бегут Марейка с французиком на стадион. Туфельки у Марейки расползлись, а выкинуть жалко, Карло Пазолини, как-никак, других-то нет. Да и как на стадион-то босиком? Это же позор!
Ей бы, конечно, чулочки снять, но фанат несется, как сумасшедший, а Марейка боится отстать, ибо обратной дороги не знает и, если потеряется, отель в Альпах ни за что не найдет.
Тушь с Марейки потоком льет, черной струей! Она так накрасилась с утра, что за версту видно!
Французы видят: бежит пустолицая, значит — русская… Наши во Франции всегда выделяются!
Скоро стало совсем холодно. Дождь — ледяной, а Марейка в одном платьице, без белья, сообразно своим представлениям о современной женской карьере. — Врываются они в ближайший спортбар. Марейка в истерике, проклинает Монако, футбол и короля Испании. А фанат ее — потому и фанат, что кроме футбола ему вообще в этой жизни ничего не нужно!
Бросил он, короче говоря, Марейку и дальше один поскакал, главное-успеть!
Сидит Марейка за столиком, вытирает слезы. К ней — тут же бармен:
— Чем обрадовать? Что мадмуазель пьет в это время суток?
Хитренький такой, с зализанной улыбочкой…
Ей бы, дуре, чайку попросить, согреться, а она «Blue label» жахнула.
Потом еще, еще…
Заливается, короче, сгоряча — по великой русской особенности.
Прежде чем потерять сознание, Марейка сообразила, что денег у нее — ни сантима. А если французы продуют? Фанат напьется (он здорово слаб по этой части) и на неделю, если не навсегда, забудет, где он свою любимую оставил, за каким столиком…
Марейка испугалась, и ее розетка не заискрила, а заморгала: съездила, дура, в Монако, встретила лошару своей мечты! — И так Марейка распсиховалась, что к ней внезапно месячные пришли. Подлость за подлостью, короче говоря. А у Марейки в сумочке только пачка дежурных презервативов, пудра, губная помада и коробок спичек, украденный, по случаю, в каком-то ресторане…
Кинулась она в туалет и давай, значит, бумагу пихать. А бумага не держится, трусов-то нет, все трусы в Мордовии остались, на родине!
И тут ее осенило. За соседним столиком девки сидят, француженки. Пьют пиво и смотрят футбол по телевизору, на большом экране. У них ведь точно защита есть, француженки как-никак! И вообще: бабы они или не бабы?
Не догадалась Марейка свой стакан на стойке бара оставить. Нельзя же, черт возьми, так людей пугать! Марейка подперлась к девчонкам, что-то мычит (спьяну на свой родной, мордовский, перешла), показывает пальцем на ноги, а по ногам кровь бежит…
Обомлели девчонки. Даже про футбол забыли. Кто догадается, что это она тампончик просит?
Первый день у Марейки всегда был самый плодотворный, кровь густая, с запахом, черная… — фу!