Группы по три бойца, двигаясь к линии окопов, держали дистанцию в тридцать метров. Добравшись до них, они, как и боевая тройка подполковника Первенцева, тоже двигались влево до первого же хода сообщения, ведущего вглубь линии обороны. Титаниковцы стреляли редко, схватившись с врагом врукопашную, они по большей части предпочитали вспарывать этим мерзавцам животы длинными, широкими тесаками. На китайское кунгфу они плевать хотели. Оно пасовало перед яростью русского солдата, доведённого до крайней степени ожесточения. Может быть кунгфу и хорошая штука на площадке какого-нибудь монастыря в Шаолине или в спортзале, но только не в окопе и не против тройки бойцов, вооруженных автоматами с пристёгнутыми к ним штыками, которые действовали слаженно и чётко. В общем учитывая то обстоятельство, что даже очередь из ручного пулемёта не могла убить бойца, облачённого в боекостюм, а лишь сбивала того с ног, шансов у обороняющихся не было. Лишь немногие из бойцов после этого не могли после этого вскочить на ноги сразу же и снова ринуться в бой, но и они приходили в себя через несколько минут и, матерясь, бежали догонять своих товарищей, хотя у некоторых и была сломана пара, другая рёбер.
Титаниковцы бились молча, а вот их противник уже очень скоро завопил от ужаса. Некоторые падали на колени, и, задрав вверх руки, молили о пощаде, но их поднимали с коленей на тесаках. У бойцов стояли в глазах женщины, посаженные на колы. После такого варварства врагу было невозможно рассчитывать на милосердие. Титаниковцы, действуя быстро и сноровисто, продвигались вперёд, оставляя после себя только трупы со вспоротыми животами. С рассветом линия приграничных укреплений была полностью захвачена. В плен было взято почти три сотни офицеров, включая китайского полковника. Их всех отдали девушкам и те принялись избивать их и отрезать всё лишнее. Быстро нашлись довольно толстые жердины и уже очень скоро к заднице китайского полковника, громко требовавшего по-английски, чтобы к нему было проявлено уважение, приставили остриё самого толстого кола. Когда кол встал вертикально, китаец терпеливо сносил боль минуты полторы, после чего завопил во всю мощь своей глотки. Каждый желающий мог увидеть как избиение офицеров, так и их страшную казнь в Интернете, в режиме реального времени.
Как только последний оскоплённый казахский офицер был посажен на кол, полк «Титаник» погрузился на боевые машины и помчался по пыльной степи к Актюбинску. К месту боя уже спешили машины похоронной команды, а вместе с ними бульдозеры. По пути к городу им попалось пять заградотрядов и все, кроме одного, догадавшегося вовремя поднять руки вверх, были уничтожены. Бой сходу тоже проходил под диктовку «Титаника». Спутники-шпионы, пролетавшие над территорией Казахстана один за другим, давали полную информацию о том, что происходило внизу. Поэтому орудия танков открывали огонь с дистанции в три-четыре километра и он был убийственно точным. Затем в бой вступали вертолёты огневой поддержки, а завершали разгром заградотрядов довершали боевые машины поддержки танков, так что бойцам даже не приходилось покидать боевых машин. Они сделали это только раз, чтобы разоружить батальон казахов, сдавшийся в плен без боя. Это были к тому же не солдаты регулярной армии, а резервисты и потому к ним никто не предъявлял никаких претензий.
Ближе к вечеру китайская танковая армия, двигавшаяся чуть ли не на максимальной скорости к Зайсану, пересекла границу Казахстана. Судя по всему это явно была домашняя заготовка китайцев, очень уж всё у них получалось складно. Не иначе, как её вторжение в Казахстан было хорошо отрепетировано на командно-штабных и общевойсковых учениях. «Спейсхантер» уже вышел на позицию открытия огня и произвёл всего пять выстрелов по вершинам горного хребта, лежащего слева от длинной танковой колонны, змеёй вползавшей в Казахстан, чтобы ударить по повстанцам. Волновая пушка, стрелявшая на максимальной мощности, превратила почти три десятка кубометров гранита в сверхгорячую плазму и тем самым последовательно, с промежутком в три секунды, инициировала пять взрывов, каждый из которых был примерно равен взрыву атомной бомбы, сброшенной на Хиросиму. Да, и внешне взрывы были похожи на атомные, а потому произвели на китайских танкистов огромное впечатление. Электромагнитный импульс и световое излучение были несравненно меньше, чем при атомном взрыве, а вот ударная волна несколько сильнее. Она быстро докатилась до танковой колонны и ударила по ней своим пыльным кулаком, сопровождаемым чудовищным грохотом. Большинство танков устояли, а вот грузовики кубарем покатились под откос. Вскоре всё стихло и над горным хребтом стали подниматься хотя и грибовидные, но всё же совершенно безобидные облака раскалённой пыли. Именно они привели китайцев в панику.