После распада СССР в США закрылись многие более чем из ста различных организаций, занимавшихся изучением России. Они проводили тотальные исследования всех сфер жизни Советского Союза. Когда же он распался, американцы решили, что они стали победителями, и перестали финансировать свои аналитические структуры. Поэтому сейчас американцы без проведения дополнительных исследований часто не могут найти для себя объяснения происходящему в РФ.
«Если отмечают недостаток или достоинство объекта А, то, само собой подразумевается, порицают или хвалят данный объект в целом. Это было бы понятно, по крайней мере, отчасти для выступления ради пропаганды или для случая, когда рассуждают в соответствии с чувствами. Такое заключение оказывается, однако, неверным, если требуется исходить из простого описания и изучения единообразий, так как при этом рассуждение строится в объективной манере согласно логико-экспериментальному методу, и здесь недопустимо выражение собственных чувств ни эксплицитно, ни имплицитно».
Происходящие в России в исторической непрерывности социальные процессы обладают своими уникальными и феноменальными особенностями по сравнению с происходившими или происходящими в других странах. Термины «царская Россия», «советский период», «постсоветская Россия», «ельцинская Россия», «путинская Россия» создают представление о дискретности и несвязанности этих исторических периодов.
Несмотря на социальные катаклизмы, полностью уничтожить социальные конструкции и человеческий материал очень трудно. Российское общество, государство и отдельные граждане живут на обломках отечественной дореволюционной и советской институциональной и социально-групповой структур.
«Любое общество в своей совокупности постоянно обретает свою сложность из самого своего долгожительства. Конечно, общество меняется, оно даже может целиком перемениться в каком-то одном из своих секторов; но оно упорно сохраняет свои главные выборы и структуры и на самом деле эволюционирует, оставаясь достаточно похожим на самое себя. Значит, если вы пытаетесь его понять, оно оказывается одновременно и тем, чем оно было, и тем, что оно есть, и тем, чем оно будет, оно предстает как бы накоплением в рамках длительной временной протяженности сменяющих друг друга постоянств и отклонений».
В императорский период национальной спецификой русских, несколькими поколениями ранее встречавшейся в других европейских странах, считались являющиеся определяющими по отношению ко всем прочим факторам иерархия и порядок.
Вильфредо Парето выделяет в составе общества две страты: высшую, состоящую из правящей и неправящей частей, — управляющие и низшую — управляемые. А также богатство, родство и личные связи как свидетельства принадлежности к классу правящей элиты.
«Класс означает не конкретную группу лиц, а систему, установившую основополагающие правила приобретения, владения и передачи различных полномочий и связанных с ними привилегий.
В американском обществе существуют три модели власти и социальной мобильности. Прежняя модель собственности как основы благосостояния и власти, причем основным источником ее приобретения является наследование. Существуют технические знания как основа власти и положения, причем необходимым источником знаний служит образование. И, наконец, существует политическая должность как основа власти, причем путь к ее достижению лежит через организационный аппарат».