«Ну, тогда принимай решение, Виктор Германович, — сказал Квашнин. — Прими их утром, им можно верить. Дай оружие, направление. Они защищают свою землю и умеют это».
Утром Виктор Германович принял нас в кабинете Военкома Республики, сорок пять минут внимательно слушал, а потом задал только один вопрос: «Скажите, зачем вам все это нужно? В Афгане не навоевались?» И вот тут я понял, что Казанцев уже принял положительное для нас решение. А вопрос, по-военному прямой и короткий — это потому, что для высокопарных фраз просто не время было. Но я ответил Виктору Германовичу, что дело не в том, что нам хочется воевать, а в том, как я, «афганец», буду спокойно стоять и смотреть, как погибает русский юноша за мою землю. Этого не будет. Где еще нужен потенциал «афганцев», если не здесь?
Казанцев в ответ только и сказал: «Хорошо». Дал команду обмундировать к такому-то часу, поставить на такое-то направление, выдать оружие и прочее. Все решилось на месте. Мы вышли из кабинета военкома, уже зная, где будем выполнять свою задачу. В Новолакском районе я мог убедиться в том, что Казанцев делает все возможное, чтобы избежать потерь личного состава, жертв среди мирного населения и разрушений. Только его опыт и воля позволили соединить эти три позиции. Он очень внимательно относился к информации местных жителей, к их нуждам, и ответом ему были доверие и глубокое уважение.
Кстати, не стоит забывать, что группировке Казанцева противостояли в хорошо подготовленных оборонительных сооружениях почти три тысячи вооруженных до зубов наемников и террористов. Иногда и артиллерия, и авиация не могли выбить их из укреплений в скалах, как это было на Андийском направлении. И тогда задача поручалась людям опытным и выполнялась. Сложно, конечно, было командующему. Аналогов операции в Ботлихе и Новолакском не было и нет. Приказ командующего мы выполнили».
Краеугольный камень
Твердость, воля и умение принять единственно правильное решение — качества, совершенно необходимые для военного руководителя высокого ранга, в особенности — в критической обстановке. Конкретными людьми эти качества могут реализовываться по-разному. Широко известны военачальники, достигающие военного успеха, создавая предельно жесткую обстановку в зоне своего присутствия. Есть другая манера твердого воинского руководства, которой в полной мере обладал, например, маршал Шапошников, прославленный военачальник, побеждающий противника не только воинским напором, но и переигрывая его интеллектуально, воевавший «малой кровью»…
Генерал Казанцев всегда досконально ориентировался в боевой обстановке, и его решения были своевременными и всесторонне обеспеченными. Находясь постоянно среди солдат, офицеров, ополченцев (люди не сторонились высокого воинского начальника, а тянулись к нему), он из первых рук получал информацию и всегда знал правду о ситуации, о настроениях, о нуждах, недоработках. Бойцы не отделывались перед генералом стандартным «все нормально», а давали полную и нужную для дела информацию…
Когда Казанцев убедился в том, что огневая мощь, количество войск достигли необходимого уровня, а большинство троп, ведущих в Чечню, блокировано, он отдал ряд приказов на вытеснение боевиков с занимаемых ими позиций. Экстремисты подверглись непрерывным ударам авиации и артиллерии. Бои шли одновременно в окрестностях сел Ансалта, Рахата, Ашино, Шодрода. Потери боевиков только 13 августа в Ботлихской котловине превысили двести человек убитыми.
Натиск на экстремистов усиливался. Вот один из принципов Казанцева в борьбе с противником в горах: не дать банде перегруппироваться. Постоянные артобстрелы, налеты штурмовой авиации, рейды десантников, мотострелков, омоновцев, меткий огонь ополченцев привели к панике в рядах экстремистов, на многих направлениях они прекратили организованное сопротивление, лишь огрызаясь огнем во время прочески местности.