Впрочем, по словам очевидцев, несмотря на объявленную Масхадовым всеобщую мобилизацию, только единицы «граждан республики» явились на призывные пункты. Большинство же населения не собиралось воевать. Мало того, жители Шелковского и Наурского районов, а также станицы Каргалинская собрали подписи под воззванием к Президенту России Б. Ельцину с просьбой навести порядок в Чеченской Республике.
В ночь на 16 сентября 1999 года наиболее влиятельные чеченские полевые командиры на встрече в одном из горных сел Чечни приняли решение организовать так называемый «Народный комитет обороны». Он должен был заниматься восстановлением боевых подразделений, действовавших в период войны, и организацией обороны Чечни на случай «военного вторжения» со стороны России. Полевые командиры, встреча которых не была санкционирована чеченскими властями, объявили своим подчиненным готовность номер один. Разведка федеральных сил сообщала, что боевики, угрожая оружием, заставляли жителей Наурского и Надтеречного районов Чечни рыть окопы и возводить укрепсооружения.
По автомобильным дорогам Надтеречного района Чеченской Республики отмечалось перемещение большого количества беженцев, чем пользовались боевики, которые смешивались с колонной и вели разведку позиций федеральных войск.
Беженцы из Чечни, в основном старики, женщины и дети, продолжали покидать свои дома. Мужчинам по приказу Масхадова был запрещен выезд за пределы республики, их заставляли строить оборонительные укрепления. В целях запугивания боевики проводили показательные расстрелы. Так поступили с мужчиной славянской национальности, когда тот отказался рыть окопы в населенном пункте Ищерская. Данные об убитом не известны.
Басаев и Хаттаб с особо приближенными людьми скрывались в горах, недалеко от населенного пункта Урус-Мартан. Беженцы рассказывали, что бомбовые удары по объектам незаконных вооруженных формирований и их базам были эффективны, боевики несли большие потери, среди мирного населения жертв не было.
В ходе ударов федеральной авиации с воздуха были повреждены укрепсооружения, расположенные в населенном пункте Наурская. В селении Кенхи Шаройского района Чечни прямым попаданием снаряда были уничтожены 12 боевиков.
29 сентября 1999 года Масхадов вновь провел закрытое совещание с руководителями силовых ведомств «Чеченской Республики Ичкерии». В нем приняли участие почти все командующие фронтами, направлениями, секторами. На совещании, которое продолжалось почти всю ночь, обсуждалась военно-политическая обстановка в республике и разрабатывались меры по отражению «агрессии» на случай начала сухопутной операции.
«Каждый из командующих получил запечатанный пакет с секретным спецзаданием. При поступлении приказа каждый командир будет знать, какой объект, улицу или дом он будет защищать», — сообщал «вице-премьер» Чечни А. Закаев.
Для генерала Казанцева не было секретом то, что не только из «волков» (одинокий волк — «борз» — символ «Ичкерии». — Авт.) состояли бандитские «стаи». В них находилось немало и «псов войны» — иностранных наемников. Об участии иностранных граждан в военной агрессии против Дагестана с территории Чечни свидетельствовали не только обнаруженные на поле боя документы, но и многочисленные публикации в зарубежных средствах массовой информации. «37 наемников из арабских стран погибли в ходе боев в Дагестане», — сообщала, например, арабская газета «Аш-Шарк Аль-Аусат» («Ближний Восток»). Среди погибших четверо были подданными стран Персидского залива. Убитый Абу Мусааб аль-Табуки занимал должность директора Исламского пропагандистского центра одной из монархий Аравийского полуострова. Убиты были также Абу Мухаммед аль-Канас, Абдель Даим и Хаким. Последнего, по сведениям арабской газеты, сам Хаттаб «короновал» как «руководителя моджахедов». Среди погибших находился и Абдель Малик аль-Ираки (Ирак), руководивший отрядом боевиков, в который, помимо чеченцев и дагестанцев, входили три турка.
Кто же они, эти люди? За что отдали свои жизни на территории чужого государства?