– Обязательно приму ваш совет.
– Вы уже посетили нашу библиотеку?
– Стыдно признаться: ещё не успел.
– Обязательно сходите. И желательно в свободный день не сидеть допоздна в ресторане у Томаша или на пикнике, а прямиком в библиотеку за книгами. И обязательно обзаведитесь собственной книжной полкой. Хоть небольшая подборка книг у вас обязана быть. Не вздумайте собирать французские романы. Иной раз приходишь в гости к офицеру, взглянешь на его книжную полку, и сразу понимаешь суть характера этого человека.
– Я так и сделаю. Но мне пока жалование не позволяет. Технические книги весьма дорогие, и достать их трудно.
– Зачем мичману жалование? – с насмешкой спросил Нахимов и тут же ответил: – Использовать деньги надо с пользой: выкрасить заново вверенную ему шлюпку, или при удачной шлюпочной гонке поощрить гребцов, даже можно по чарке водки налить, хотя я не одобряю чрезмерное её употребление на судне. В вашем же случае жалование надо тратить на приобретение новых знаний. А иначе от праздности офицер ударится в пьянство, упаси Бог, к картам пристрастится или начнёт развратничать, – какой от него тогда толк на службе? Нет уж, если вы от натуры ленивы или сибарит, лучше выходите в отставку.
– Как у вас все строго, – растерянно сказал Александр. – Но я привык. В Англии тоже строгие порядки.
– Видите ли, море – стихия неуправляемая. С ним подружиться нелегко. И нрав у моря взбалмошный. Надо быть постоянно настороже, постоянно собранным. А как без жёсткой дисциплины. Все морские правила не просто так выдуманы, все они исходят из горького опыта тысяч погибших кораблей. Слышали наверняка много историй: вроде бы капитан опытный, команда сплочённая, но вахтенный допустил небольшую оплошность – и корабль погиб. Ну – ну! Вижу, вы растерялись от моих слов, – смягчил тон Нахимов.
– Вовсе нет. Я внимательно вас слушаю.
– Хватит на сегодня нравоучений. Пойдёмте, познакомлю вас с офицерами. Теперь – это и ваша семья.
Наконец пришли адмиралы Корнилов и Истомин. Корнилов высокий, худой. Лицо скуластое. Взгляд казался немного надменным. Черные усы подстрижены ровно. Движения резкие, уверенные. Адмирал Истомин наоборот был невысокого роста, круглолицый и слегка медлительный.
Все гости перешли в столовую, где кое-как разместились за овальным обеденным столом. За ужином вели неторопливую беседу, все больше о буднях флота. Иногда заходила речь о вражеских кораблях, которые время от времени показывались на горизонте, но тут же старались переменить тему. Не хотелось никому в столь чудесный вечер нагонять тревогу. После угощений, задымили трубками.
– Господа, – обратился к гостям Нахимов, – прося внимания, – сегодня среди нас мичман Кречен. Он недавно прибыл из Англии, где два года проходил практику. Прекрасно знает нашего возможного противника, и, надеюсь, расскажет нам кое-какие секреты англичан.
– Да, мичман, поведайте, чем нынче живёт английский флот, – попросил Корнилов.
– Английский флот перевооружается, – сказал Александр. – Представьте, парусный фрегат в доке разрезают пополам, делают вставку, где размещают паровую машину.
– Этот приём нам известен, – сказал Истомин. – Непонятно, как шпангоут выдерживает. Если корабль попадёт на большую волну, неужели не переломится?
– Деревянный шпангоут частично меняют на металлический, – пояснил Александр. – Конечно, он тяжелее, но и балласта в этом случае надобно меньше. Колёсные пароходы нынче не закладывают, переходят на винтовые. С гребным винтом маневрировать легче, и механизмы неуязвимы.
– Помимо пароходов видели какие-нибудь новые разработки? – допытывал адмирал Корнилов.
– Инженеры пытаются создать плавучие батареи – мониторы. Ставят на корабль с низкой осадкой мощную паровую машину, а по борту пускают броневой пояс. Никаких мачт. Корабль едва возвышается над водой. Ядра не могут пробить борта. Зато у него есть броневые башни, в которых располагаются орудия.