Барон де Клевиль на собрание отсутствовал. Не то, чтобы не хотел — ему просто не сообщили. Тут я подстраховался. Сначала ему не досталось спального места в замке. Вердикт мажордома был прост: подобающих сеньору комнат не осталось. Братец было хотел повозмущаться, но за спиной замкового распорядителя стояли трое мрачных русича в полном воинском облачении. Пришлось смолчать и утереться. Естественно, про дату семейного совета барону так же не сообщили. Поэтому, на последнем обошлось без провокаций.
И вот — на тебе! Когда гости уже вышли наружу, собираясь покинуть замок, нарисовалась эта грязная скотина. Разодетый словно попугай Антуан де Клевиль, стоял посреди двора, имея вид враждебный и вызывающий. Рука его была картинно положена на рукоятку видавшей виды рапиры. Было сразу заметно, что оружие часто используется по назначению.
Братец был настроен решительно, без лишних прелюдий он взял быка за рога.
Сразу уяснив желания этого нахохленного щегла, я особо не вслушивался в его первые фразы. Но, вот дошло до главного.
— Подлый самозванец, вызываю тебя на поединок!
— Божий суд! — эмоционально загомонил народ вокруг, радуясь бесплатному зрелищу.
Решили не тянуть, тут же, после соблюдения всех тонкостей дуэльного ритуала, освободив в центре двора площадку для поединка.
Ха, знакомая стойка. Когда-то читал про подобное. Выпрямленная рука на уровне плеча, остриё рапиры направленно на противника. Ноги на небольшом расстояние друг от друга, корпус вполоборота к оппоненту. Как там написано в старинном руководстве: «Единственной защитной стойкой может быть та, в которой ты угрожаешь своему противнику и не даёшь ему атаковать тебя».
Дестреза (буквально «Высшее мастерство»)! Испанская школа фехтования, с претензией на научное и философское наполнение. Противопоставляла себя другим европейским «вульгарным» школам, которые в отличие от дестрезы практиковали изучение множества приёмов, стоек, других технических действий, зачастую мало связанных между собой. Нет, идеи у неё хорошие: упор на тактику и позиционное преимущество, приставные шаги с переносом веса при перемещении, движение по кругу. Опора не на конкретные приёмы, а на принципы… Неплохо, но обучение и описание технических действий весьма мудрёное, не для средних умов. Нужно хорошее образование, иначе её просто не понять. Не даром конкуренты так злобствовали по поводу этого фехтовального стиля.
Только, откуда братец знает эту систему. Её основатель Джеронимо Карранса, только в прошлом году закончил свой труд «Философия оружия», где изложил концепцию дестрезы. Хотя, может где-то уже нахватался по верхушкам. Ходит гоголем, а сам обыкновенный олень. Ноги практически прямые, любой занимающийся боевыми искусствами в моём времени знает, что-это грубейшая ошибка.
Начали… Решил спровоцировать барона на агрессию, прикинувшись валенком. Раз — два, отбив — укол, постарался выглядеть максимально неуклюжим. Раз! Вот ты и попался. Расслабившись Антуан позволил себе слишком длинный выпад. Отбиваю рапиру противника изнутри-наружу, остриё вниз-рука с рукоятью сверху. Делаю подшаг, захватывая свободной ладонью вражеский клинок. Барон резко дёргает его на себя — отпускаю, тут же нанося ему укол в правое плечо. Отступаю на шаг, собираясь добить врага следующим выпадом — ошибка! Это дало ему немного времени — пару секунд, но их хватило. Братец бросает шпагу и скрещивает руки, признавая поражение.
— Млять! Чувствую, мне эта победа ещё выйдет боком. Такие, как он, так просто не отстанут. Вон, зыркает! Дыру прожжёт! Эх!
В дедовом замке, вернее уже моём, мы пробыли ещё несколько дней. Объехали территорию графства. Она оказалась достаточно приличной по местным меркам. Помимо столицы, имела несколько небольших городков, больше сотни деревень. Большая часть земли принадлежала рыцарям, в виде наследственных ленов. Честно признаюсь, особо не вникал, вряд ли я сюда вернусь. Посетил замковую библиотеку, побеседовал с хранителем. Просветился насчёт истории рода — это важно. Имена предков выписал на кусок пергамента и тщательно заучил.
Встретившись с тёткой, передал ей всё хозяйство в полное управление. Своего я добился, в моей легитимности уже никто не усомнится. Следующая цель — Париж!