- Волосы у него на зоне отрасли?
- Да какой там. Как колено лысый. Порода у него такая. Так вот. Говорит он, что только пару дней как освободился. Посидели мы с ним в кафе, а затем водки с закуской в магазине взяли и ко мне поднялись. Выпили хорошо, он по пьяни и разоткровенничался. Лохматый за несколько дней до освобождения в карты проигрался, какому-то Тимуру. Я правда этого Тимура не знаю. Он уже без меня пришел. Платить нечем было. Тимур его и поставил перед фактом. Либо Лохматого братва на нож поставит, либо тот, когда освободится вас грохнет. Дал ему две недели. Что бы недельку погулял, а за вторую с вами вопрос закрыл. Сегодня как раз неделя, как он на свободе. У Тимура кто-то из подельников на свободе остался. Они Лохматому ваш адрес пробили, а сегодня ствол должны передать. Если честно, я не хотел вмешиваться. С утра брату позвонил, тот меня к вам и отправил.
- Тимур не успокоился значит. Решил и рыбку съесть и меня завалить.
- А, кто он такой?
- Да, никто. Две ходки за грабежи и кражи. Собрал возле себя малолеток. Как же, герой. Блатная романтика. Во время задержания покрасоваться перед молодняком решил, а я ему зубы выбил.
- Александр Иванович, сейчас уже дело прошлое. Нас с братом кто сдал, Васильич? Сосед наш, ныне покойный.
- Он самый.
- Все глухую тетерю из себя корчил. Ничего не вижу, ничего не слышу. А мы, с братом о магазине на балконе разговаривали. Хотя с другой стороны, не приняли бы тогда, черт его знает, как бы все сложилось. Александр Иванович, так я пойду.
- Да, конечно. Спасибо тебе Петр.
Петр смущенно пожал плечами, встал и пошел по аллее. Александр сидел и смотрел ему вслед, пока тот не затерялся среди спешащих по своим делам пешеходов. Выкурив сигарету, он поднялся и вышел на улицу. Остановив такси, сел в нее и проехал к отделу. Дежурный уже не ожидал его возвращения. Снял китель, галстук и растегнул верхние пуговицы на рубашке. Увидев полковника, засуетился. Александр остановил его.
- Степаныч здесь?
- Да, здесь. Еще не успел уехать.
- Скажешь, что я жду его у себя в кабинете.
Александр поднялся в кабинет, открыл сейф. Достав верного Макарова, передернул затвор, поставил на предохранитель и засунул сзади за пояс, прикрыв курткой. Он уже сам хотел звонить Степанычу, как тот зашел в кабинет. Александр подошел к двери, запер ее на ключ.
- Степаныч, достань из холодильника коньяк и фужеры с полочки.
- Иваныч, так я за рулем.
- Я тебе много и не предлагаю. Компанию составишь.
Дождавшись, когда Степаныч нальет коньяк и сядет, полковник поднял свой фужер и посмотрел через него на свет. Выпив, теперь уже сам его наполнил, а Степаныч лишь слегка пригубил. Александр взял фужер обеими руками, опершись локтями об стол.
- Степаныч, я вот чего тебя тормознул. Мне информацию слили. Заказали меня Степаныч.
- Это кто у нас такой смелый?
- Тимура помнишь?
- Это тот, который тебе во время задержания на ботинки плюнул. Ты ему еще тогда по роже засветил и ботинки заставил вытереть. И все на глазах у его щенков.
- Да не все так просто. Перед последней отсидкой он на зоне был подсматривающим, пока настоящий вор не пришел. Тимур после освобождения на воровскую корону рассчитывал, а я его обломал. Скорее всего, ему жулики на зоне этого не простили. Вот и бесится.
- Кто стрелять будет и где?
- Возле дома. Скорее всего на выходе из подъезда. Стрелять должен бандюган, откинулся с зоны на днях. Кличка Лохматый. Я того тоже как-то брал.
- Может охрану организуем.
- Вот еще. Меня охранять неизвестно сколько. Да меня опера засмеют. Я что хотел. Ты бы меня подстраховал на выходе пару дней.
- Сделаем.
- Степаныч, если у тебя со временем не в напряг, то может добросишь до дома?
- Пойдем. Моя карета у подъезда.
Выпив коньяк, Александр поднялся. Степаныч поставил фужер не допив, и они оба вышли из кабинета. Спустившись, полковник окликнул дежурного.
- Заместитель меня пусть с утра не ждет. Я задержусь. Да и Вадим за мной пусть не ездит. Сам доберусь.
Выйдя из отдела, Александр со Степанычем сели в старенькую Ниву и проехали во двор дома, где находилась квартира полковника. Степаныч остановил Александра, который уже собрался выходить из автомашины.
- Иваныч, как думаешь, откуда стрелять будет?
- Да из Лохматого еще тот стрелок. Ну с крыши точно нет. Крыши у меня из квартиры просматриваются. А вот когда с крыльца спускаться буду, самое оно. Видишь, кусты акации. Если за ними встать, то ни с крыльца, ни со стороны тротуара человека не видно.
Распрощавшись со Степанычем, Александр вышел из автомашины и поднялся на крыльцо. Открывая дверь в подъезд почувствовал на затылке тяжелый, полный ненависти взгляд. Оглянувшись, никого постороннего не заметил. Лишь на газоне, напротив крыльца, какая-то бабулька выгуливала истерившую мелкую шавку, да вдалеке, из двора выезжала Нива Степаныча. Поднявшись в квартиру, полковник принял душ, одел спортивный костюм и зашел на кухню. Долив в чайник воды, включил его. Настроение испортилось. Как будто в доме был покойник. Хотя они с женой последнее время не то что ссорились, но были как совершенно чужие люди. Но хоть душа в доме живая была, можно было перекинуться парой слов. В подреберье заныло так, что стало тяжело дышать. Взяв со стола таблетку, он запил ее холодной водой и сел на табурет, прижав ладонь к больному месту. Раздавшийся телефонный звонок был совсем не к месту. Но полковник заставил себя встать, достать из ветровки телефон и ответить.
- Да. Слушаю.
- Саша, это Дмитрий тебя беспокоит. К тебе зайти можно?
- Не можно, а нужно. Ты где?
- Возле подъезда стою.
- Давай, заходи. Сейчас дверь открою.
Александр подошел к двери и открыл ее. Дождавшись Дмитрия, пропустил того в квартиру, который, скинув туфли сразу прошел на кухню. Достав из пакета бутылку водки, шмат копченного сала и булку хлеба, выложил на стол.
- Саша, в этом доме, нож и стопки найдутся? - спросил он Александра, который слегка задержался, закрывая дверь.
- Дима, вот только тупить не надо. То ты не знаешь, где у меня что лежит.
Дмитрий рассмеялся.
- Знаю, но надо же благословения у хозяина спросить.
Достав стопки поставил их на стол. Взял висящую на стене разделочную доску, нарезал хлеба и сало. Александр пристально посмотрел на гостя.
- Дима, а ты вроде уже сильно навеселе. Смотрю, ты в последнее время хорошо прикладываться начал. Ты бы бросал это дело. Или что-то случилось?
- Случилось Саша, полгода назад. Когда новый начальник УВД пришел. Выдержать бы еще год, а там на пенсию. Знаешь, у молодежи сейчас песня есть популярная, а там слова "Я свободен". Вот и я буду свободен. Представляешь, нам в наружку идут задания на комерсов, сотрудников администрации, начиная с районной и заканчивая областной, банкиров и подобную мразь. А посадок-то нет. Получается, что кто-то на них компру собирает. Да что я жалуюсь. У тебя положение еще хуже. Давай, сначала выпьем.
Разлив водку по стопкам, гость не дожидаясь хозяина выпил, сделал бутерброд и начал его пережевывать. Александр последовал его примеру. Выпив, он сходил на балкон и принес пепельницу, оставив дверь на балкон открытой. Оба закурили. При Ирине им такая вольность бы не сошла с рук. Табачный дым на дух не переносила. Затушив сигареты, выпили еще по одной. Дмитрий встал из-за стола и начал ходить по кухне. Полковник знал, что такое хождение, это признак крайнего раздражение.