Каждый из тиранов умудрился убить по сыну. Но если Иван Грозный убил наследника престола в состоянии припадка, а Сталин убил своего нелюбимого сына Якова от нелюбимой первой жены косвенно - тем, что не стал вызволять его из фашистского плена, хотя и вполне мог это сделать, то Пётр переплюнул их обоих. Неважно, лично ли он убил ни в чём неповинного несчастного царевича Алексея, сразу убил непосредственно или тот скончался после страшных пыток. Убить родного сына мучительнейшими пытками, в которых отец собственноручно принимал участие, может только чудовищный садист, кем Пётр по натуре и был.
Во время правления всех трёх тиранов поощрялись и поэтому были очень распространены доносы людей друг на друга. Более того, если вы думаете, что недоносительство, которое я назвал апофеозом советского тоталитаризма, также было изобретено Сталиным или ещё кем-то из большевиков, то глубоко ошибаетесь. Недоносительство, равно как и жестокая (как обычно по тем временам) уголовная ответственность за него было изощрённо придумано ещё Петром! Также все трое отличались крайней степенью самодурства, что вообще свойственно любой тирании и неограниченной власти. Вообще самодурство как явление в России считается признаком привилегированности, поэтому по примеру правителей самодурами были высшие сановники, также обладавшие практически неограниченной властью (в рамках своей области управления), им подражали их подчинённые. Так самодурство и распространялось с самой вершины властной пирамиды до последнего, наделённого минимальными властными полномочиями служащего.
Из-за Ивана Грозного, Петра и Сталина, трёх психически нездоровых тиранов, Россия, трижды за четыреста лет, образно выражаясь, всходила на свою Голгофу. И жалкими кажутся стекающие с зиккуратов майя кровавые ручейки по сравнению с морями крови, пролитой этими моральными уродами.
Кроме прямого или косвенного геноцида собственного народа, Иван Грозный, Пётр и Сталин уничтожили огромное количество людей в проводимых ими кровопролитных войнах. Иван IV, находясь в полной политической изоляции от Европы, затеял двадцатипятилетнюю Ливонскую войну, которую Россия в итоге проиграла, и это не считая многочисленных войн с Казанью, Астраханью, Крымом и походов на покорение народов Поволжья. Пётр вообще всю жизнь воевал: в 1695-1696 годах - Азовские походы и войны с Турцией до 1700 года и в 1710-1713 годах. В 1711 году совершил катастрофический Прутский поход. В 1700-1721 вёл вымотавшую Россию Северную войну. В 1722-1723 годах - война с Персией. Умер же Пётр в январе 1725 года. Ну а Сталин вообще был главным инициатором Второй Мировой войны, самой страшной в истории человечества и только в СССР унёсшей жизни двадцати семи миллионов человек.
Глава 8. Разжигание Войны
Большевики не смирились с тем, что не смогли перенести Гражданскую войну в Европу, не смогли пробиться сквозь железный занавес, закрытый перед Советской Россией капиталистическими странами. Осуществляя в течение почти двадцати лет постоянно нарастающую по своим масштабам индустриализацию, большевикам, а точнее, к тому времени уже лично Сталину, удалось создать к началу Великой Отечественной войны самый мощный в мире военно-промышленный комплекс. Российский народ заплатил за невиданную в историю милитаризацию государства ценой десятков миллионов жизней, как напрямую - в результате непосильного труда заключённых ГУЛАГа, являвшимися главными трудовыми ресурсами новых индустриальных строек, или косвенно, например, в результате голодной смерти миллионов крестьян после реквизиции у них хлеба, проданного за границу в обмен на машины, оборудование и технологии. К 1941 году СССР стал самым милитаризированным государством мира, и по состоянию на 21 июня 1941 года имел самую сильную в истории человечества армию, превышающую по своей мощи все армии мира, вместе взятые. К слову, любая милитаризация, увеличение военного производства так или иначе осуществляется за счёт народа, о чём я уже писал в первой части книги. Поэтому по мере экономического роста в СССР, одного из самых быстрых в мире во второй половине тридцатых годов, советский народ стремительно нищал - и это уже не парадокс советской экономики, это проявление экономических законов, ибо сколько не увеличивайся производство чугуна и стали или добыча угля, в конечном итоге колоссальный труд десятков миллионов советских граждан, миллионов гулаговских рабов, труд, который и создаёт материальные блага и национальное богатства, не обогащал народ, да и не мог его обогатить. Ведь труд всех советских рабов, колоссальные ресурсы огромной страны были направлены на одно - на милитаризацию, выражавшуюся в увеличении количества вооружений, которые никаких благ народу не приносили. Одновременно чем больше вооружений выпускалось в СССР, чем больше становились мощности военно-промышленного комплекса и его потенциал, тем меньше производилось материальных благ для нужд народа (строго говоря, вооружение вообще с экономической точки зрения нельзя относить к материальным благам, ибо последние так или иначе потребляются населением), и тем беднее становились простые советские люди.
Военная индустриализация СССР проводилась не только ценой десятков миллионов человеческих жизней, но и путём всемерного ограбления народа России. Сталин драл с российского народа три шкуры, лишь бы построить свою "непобедимую армаду". В стране происходил рост цен, регулируемых государством, в то время как зарплаты простых рабочих не росли. С людей принудительно собирали деньги на различные государственные займы. Кроме того, нужно учесть, что к началу Войны в распоряжение Сталина была почти десятимиллионная армия, не считая войск НКВД, а это ещё до миллиона человек. Какая экономика в принципе сможет выдержать такое количество военнослужащих? Мало того, что эти миллионы самых физически здоровых, крепких мужиков не занимались производительным трудом, их самих нужно было содержать - кормить, одевать, обувать, обеспечивать средствами личной гигиены, и всё это происходило за счёт работающего на износ советского народа. Кроме того, с чисто экономической точки зрения несколько миллионов заключённых ГУЛАГа занимались малопроизводительным сизифовым трудом, а их содержание - обеспечение едой и одеждой, пусть и по минимальным нормам, жильём, пусть даже самым непригодным для существования, условия содержания в котором были сами по себе непрерывной пыткой, обходилось государству в десятки раз дороже, чем стоимость производимой ими продукции. Прибавьте к этому сотни тысяч гулаговских охранников и других сотрудников НКВД, которые тоже ничего не производили, но которых тоже нужно было содержать. Разница между стоимостью производимой заключёнными ГУЛАГа продукцией и расходами на их содержание, составляющая с точки зрения экономики огромные ежегодные убытки, тоже ложилась на советский народ, условно находящийся на свободе. Таким образом, большевистский режим мало того, что грабил народ, недоплачивая зарплату рабочим и служащим, угоняя со двора крестьян последних коров-кормилиц, обрекая тем самым на голод, заставляя выкладывать последние деньги на военные займы, поднимая цены на товары народного потребления, производимые государством и продаваемые в государственных магазинах (а других уже давно и не было), народ грабили ещё и тем, что за его счёт содержали в ГУЛАГовском аду миллионы несчастных, ни в чём неповинных репрессированных заключённых.
Таким образом, вследствие небывалой милитаризации государства российский народ достиг такого уровня нищеты, которого не было не только при царе в начале XX века, но, возможно уровень жизни среднестатистического советского гражданина опустился до средневекового. Во второй половине XVI века французский король-гуманист Генрих IV, монарх одного из богатейших в то время государств мира, мечтал о том, чтобы на столе в каждой французской семье хотя бы раз в неделю, по выходным, была пресловутая "курица в горшке" - он хотел, чтобы его народ не бедствовал и не голодал. Почти четыреста лет спустя, перед Войной в гораздо более богатой стране, чем Франция, у большинства её ограбленного до нитки, нищего народа были примерно такие же мечты. Большинство населения хронически недоедало, колхозники летом ходили босые, комплект одежды был как правило единственный, на все случаи жизни. Исключения составляли Москва да ещё несколько крупных городов - Ленинград, Киев, Харьков, Одесса и некоторые другие, населению которых Сталин в целях коммунистической показухи обеспечивал более высокий уровень жизни. Но делалось это, опять же, за счёт всей остальной страны.