Более того, с подарками в русское посольство наведался посланник от «начальника черных евнухов» гарема, кызлар-агасы, и стал благодарить Кутузова за драгоценные подношения, сделанные послом и одалискам, и матери-султанше валиде, и кызлар-агасы. От своего хозяина и от султанских женщин гонец преподнес Михаилу Илларионовичу ответные богатые дары.
За время пребывания в Константинополе Михаилу Илларионовичу удалось добиться многого: он установил хорошие отношения с большинством влиятельных лиц Блистательной Порты, всеми своими действиями показывая и доказывая, что Российской империи не нужна война с Турцией. В ответ ему также оказывали всяческие знаки внимания и уважения.
Самоотверженно служил Родине
Одной из важнейших дипломатических побед Кутузова стало разрешение необычайно сложного вопроса о госпошлинах на ввоз и вывоз русскими купцами товаров. Дело в том, что таможенные пошлины на русские товары в Турции составляли три процента и были гораздо меньше установленных для других иностранных государств. Привилегии русской торговле не нравились, в первую очередь Англии и Франции, а также некоторым вассальным государствам. С подачи дипломатов, представляющих интересы недовольных стран, начались интриги в околосултанских кругах, подкупы турецких чиновников-лоббистов. Все шло к тому, что Турция могла потребовать пересмотра ранее подписанных торговых договоров с Россией.
Кутузов с товарищами не сидел сложа руки и подключил к урегулированию этого дела свои связи в высших эшелонах турецкой власти. Посол категорически высказал протест России против пересмотра торговых пошлин. Похоже, ему удалось достучаться до самого султана. В конечном итоге турецкий владыка все же не решился портить отношения с русскими, разрешил перегружать товары с русских судов на турецкие и беспрепятственно продавать их в Средиземном море. Однако при этом убедительно просил русского посла особо не распространяться на этот счет, чтобы подробности договоренностей не стали известны французам и англичанам.
Распространено мнение, и его придерживался писатель и исследователь биографии Кутузова Л.И. Ваковский, что Михаилу Илларионовичу «дипломатическая работа надоела». Возможно, это и так, но не исключено, что недоброжелатели талантливого дипломата тоже приложили усилия для отзыва его из Константинополя на родину. В своей книге Раковский привел текст письма Кутузова жене, в котором он изложил свое видение сложившейся в посольских делах ситуации: «… Хлопот здесь множество: нету в свете министерского посту такого хлопотливого, как здесь, особливо в нынешних обстоятельствах, только все не так мудрено, как я думал; и так нахожу я, что человек того только не сделает, чего не заставят. Дипломатическая кариера сколь ни плутовата, но, ей-богу, не так мудрена, как военная, ежели ее делать как надобно…»
В декабре 1793 года Михаилом Илларионовичем было получено предписание возвращаться на родину, а дела следует передать двадцатишестилетнему камер-юнкеру В.П. Кочубею, назначенному вместо Кутузова чрезвычайным послом и полномочным министром при Оттоманской Порте. М.И. Кутузов, как было велено, сдал дела новому послу по его прибытии в Константинополь в феврале 1794 года.
Воспитанник В.П. Кочубей и воспитатель А.Я. Италинский
Сменивший М.И. Кутузова на посту русского посланника в Константинополе князь Виктор Павлович Кочубей впоследствии в справочной литературе именовался как государственный деятель, канцлер по внутренним делам, почетный член Петербургской академии наук. Он являлся племянником по матери князю А.А. Безбородко, в дальнейшем пользовался его покровительством. Кочубей учился в университетах Женевы, Упсалы, Лондона. С 1784 года выполнял различные дипломатические поручения. Посланником в Константинополе он пробыл с 1793-го по 1797 год. Виктор Павлович потом входил в ближайшее окружение императора Александра I…
Исследователь биографии Кутузова Л.И. Раковский описал в своей книге мнение Михаила Илларионовича по поводу карьерного взлета столь молодого человека: «От петербургских знакомых Михаил Илларионович узнал, что Кочубей, получив назначение в Турцию, ездил в Гатчину к наследнику Павлу Петровичу разведать, угодно ли это ему. Кочубей пробыл в Гатчине два дня, стало быть, понравился наследнику.