Парфентьев, как и сотрудники Главной Администрации тоже был хорошо обучен чиновничьему языку мимики и жеста. Правда его улыбка, соответствующая в точности той ширине, которая положена для общения с птицами нашего полёта, отдавала чем-то зловещим. За ней скрывалось с трудом сдерживаемое раздражение как нашим визитом, так и Марсом, Главной Администрацией, Советом Земли, да и жизнью в целом. Многие полицейские после двадцати лет службы становятся раздражительными циниками.
— Мне сообщил о вас Макловски, — трескучим, наполненным фальшивой доброжелательностью голосом произнёс Парфентьев. — Вся необходимая помощь с моей стороны вам обеспечена. С сегодняшнего дня я открою вам соответствующий допуск ко всем нашим базам данных, естественно, с некоторыми ограничениями.
— И вы знаете, какой у нас допуск? — поинтересовался я.
— Двести пятидесятая инструкция. Сотрудники третьего класса ОССН имеют «зелёный допуск» к нашим материалам.
— Сотрудники третьего класса? — иронично вскинул я бровь и протянул идентификационную карточку.
Парфентьев сунул её в прорезь идентификатора. И выражение его лица совершенно перестало соответствовать протоколу. Точнее, лицо его стало просто кислым.
— ЦКПС? Чрезвычайная комиссия? Эксперты с красной карточкой?
— Именно.
— Вот уж кого не ждали. Вам-то что понадобилось? Экспертов чрезвычайщиков не было на Марсе десять лет. Да и самих чрезвычайных комиссий, насколько я знаю, не было лет пять. Хоть по какому поводу?
— Чтобы не вдаваться в подробности, скажу лишь, что по проблемам психоэкологии.
— Проблемам, как же! Случилось что-то из ряда вон выходящее. Пытаетесь выяснить причину волны психоэкокризов на старушке Земле? Но Марс-то тут при чём? — Парфентьев вопросительно смотрел на меня. Да, в проницательности ему не откажешь. Сразу ухватил проблему.
— Это и хотим понять.
— К вашим услугам.
— По-моему, вы не слишком рады.
— Как сказать. Вы бы на моём месте были бы слишком рады? Как снег на голову сваливаются два «чрезвычайщика». У них права арестовать кого угодно, снять меня с должности, приостановить распоряжения Главной Администрации.
— Добавьте ещё — неизвестно кто. Чинуши из ЦКПС, ничего не соображающие в полицейской работе, а если и соображающие, то достаточно туго, будут наводить свои порядки. Наломают дров, а что потом?.. Правильно?
Гордон Парфентьев только пожал плечами.
— Думаю, мы изменим ваше мнение, — завершил я тираду.
— Посмотрим, — вздохнул Парфентьев. — Ваши полномочия вступают в силу после получения подтверждения с Земли. На это понадобиться несколько часов.
— Конечно, — кивнул я. — Уже вечер. Нет смысла ни вам, ни нам ночевать здесь Завтра и займёмся.
— По правилам я должен выставить вам охрану.
— Нет.
— Но…
— По правилам вы должны подчиняться мне, — отрезал я.
— При получении подтверждения, — огрызнулся Парфентьев.
— А без подтверждения вы и не обязаны выставлять охрану, — усмехнулся я.
— Хорошо. Только если решите прогуляться по городу, предупреждаю — это будет опрометчиво. Центральные сектора совершенно безопасны, но к «крысиным норам» не приближайтесь. Там человеческая жизнь стоит не очень дорого.
— Вы не особенно высоко оцениваете свои успехи в борьбе с преступностью, — хмыкнул Шестернев.
— Я их оцениваю объективно, — зло отрезал Парфентьев, которого, похоже, слова Володи задели за живое.
На вырастающей из причудливых кристаллов сцене сначала змеёй извивалась певица, роняя свистяще-каркающие звуки песни в стиле «биопротез-рок», потом разорвался СТ-проем, в котором плескались и перетекали из одного в другой чарующие цвета. Хрустальным звоном плыли приятные, отдающиеся в глубине твоего существа, звуки. Исполнялся звукоцветовой алкосинтетик модного на Земле и в поселениях сенсоркомпозитора Клифа Налкинда. Если не отвлекаться от сцены и внимательно слушать музыку, то впадёшь в состояние, похожее на опьянение, но не простое, а с оттенками изящных ощущений и лёгких желаний.
Первое правило — при начале работы, если позволяет время, ознакомься с местом, где предстоит работать. И не столько с географией. Нужно не только прочно запомнить улицы, развязки, просчитать, как в случае обострения обстановки уходить от преследования и проводить спецмероприятия. Важно ощутить дух города, понять, чем и как живут люди. Конечно, одного дня недостаточно для глубокого проникновения в местную жизнь. Но достаточно для первого впечатления, которое часто бывает самым верным.