Не колеблясь, старик опознал по фотографиям Шаха и Пугеня.
— Пьют крепко, но закусывают. Два дня гуляли, купались — места у нас хороши. Не очень они нам с Настенькой понравились. Я так понял: Лешу этого промежду всем прочим знакомить к Насте привозили. Ну, не вышло у них — и не надо, обнял Леша бутылочку. Набрался — еле угомонили. Наутро водой облился колодезной, отерся — и как огурчик. Мужик! Второй пожиже. И чего Нонна в нем нашла? Рыхлый, мутный. Давно живут, Настя говорила. Когда Нонна приехала, я видел, что неладно, но ничего не спрашивал, все, думаю, сама скажет. Не сказала. Куда ушла, зачем — ума не приложу. Машина стоит, хотя спросонья слышал — жужжал вроде мотор легковушки. Ворота на замке, задняя калитка не заперта. Нонна женщина аккуратная. Калитку с улицы не замкнешь, там надо по-особому прутик с улицы вставить. Она-то знала, а не замкнула.
— И никто ничего не видал?
— А что там они видят, бабки наши?
Эксперт аккуратно заполнял гипсом следы протекторов легковушки у задней ограды двора. Слежавшаяся солома у разбитой колеи следов обуви не сохранила. Вещи, оставшиеся в отведенной Нонне чистой комнате, ни о чем не говорили. Большой набор теней, французские духи-аэрозоль, прочие мелкие атрибуты. Оружие слабого пола. Без него — никуда, однако в «Таврии» рядом с бесчувственной Золочевской ничего подобного не обнаружилось. Зато в саквояже Буковой оказалась внушительная связка ключей, среди которых бросался в глаза один — фигурный, с двумя бородками. Строкач приметил его еще во время беседы с матерью Буковой, связка валялась на металлическом подносе на журнальном столике. А вот ключей, принадлежащих Золочевской, не было. Неужели так скоропалительно собиралась?..
Строкач находился в подвале специальной службы связи, до предела набитом электроникой. С недавних пор ее использование стало гораздо строже регламентироваться прокуратурой.
Замигало подключенное к номеру Пугеня устройство. Откликнулся хриплый, как бы спросонья, бас Лешика.
— Говорите, вас слушают, — однако в каждом звуке дрожало нетерпение. — Отвечайте, слушаю, ну!
— Не суетись, Лешик. Слушай спокойно, времени мало. То чужое, что ты считаешь своим, уплывает. Не хочешь делиться — потеряешь все, нечего и обменять будет, — щелчок, трубка повешена. Лешик разразился потоком базарного мата.
Эх, еще бы пару минут разговора и… Опергруппа мчалась в один из переулков к таксофону № 4726 — уже наверняка пустому. Возвращать ее майор не стал. Хоть и маловероятно, но вдруг хитрая девица продолжает околачиваться поблизости.
К таксофону опергруппа прибыла четыре минуты спустя. Будка, разумеется, была пуста.
— С машиной была, надо думать, — глубокомысленно провещала рация.
Стрекач ядовито заметил, не отрываясь от светового сигнализатора:
— Почему не с велосипедом? Молодая, спортивная особа. В самый раз.
Время медленно ползло в самом сердце системы прослушивания. Где в огромном городе скрывается молодая женщина, без колебаний ломающая жизни и судьбы? Профессионалы редко и неохотно идут на убийство, тем более на двойное. Кому охота прислониться к «стенке»? Нередко даже воры «в законе» наедине со следователем готовы намекнуть, где ловить «мокрушника». Незачем заставлять милицию без нужды шерстить «малины» и прочие точки. В первую очередь это касалось случаев с хищением табельного оружия, удостоверений, убийств «при исполнении». Тех, которые подпадают под компетенцию КГБ. Когда блатной мир начинают сотрясать тайфуны обысков, приводов, арестов, скрупулезных проверок лиц, подлежащих админнадзору, и клиентов спецкомендатур, горе тем, кто накликал эти бури. Жулики рады порой от себя оторвать, лишь бы вернуть желанный status quo.
И вновь Строкач остро почувствовал странное несовпадение сложившейся ситуаций с уголовной нормой. Даже штатные сексоты отвечали на расспросы односложно, избегая подробностей. Чувствовалось, многие толком не знают, что происходит, а те, кто в курсе дела — делиться информацией не торопятся. Нет и не было даже по-человечески понятной жажды мести за убийство видного предводителя блатных верхов. Одного из тех, кто, внушая новообращенным блатные истины, в то же время имеет установленные часы визитов в райотделы, а для срочных сообщений — номера телефонов, не значащиеся ни в одном справочнике.
Перебирая разговоры и встречи с «авторитетами» Строкач вспоминал оттенки, интонации, ускользающие взгляды, уклончивые ответы на неудобные вопросы. Нащупать такой вопрос — уже много, получить ответ на него — дело времени.