- Платить не будем, - вякнул бек и вжался в пол. Противные липкие капли пота, словно лапы близкой смерти, поползли по телу бека - он задыхался.
- Встань! - Приказал царь, и бек, шатаясь, вскочил. Царь впился в его дряблое лицо взглядом и процедил сквозь сжатые зубы:
- Что же еще велел сказать этот глупый князь?
- О величайший, - залепетал помилованный бек, стараясь стоять твердо на подкосившихся ногах, - повелитель и царь царей, этот князь, это порождение глупости и дерзости, этот ...
- Хватит! - Прервал его царь. - Или я прикажу вырвать твой длинный язык.
- Он сказал - Иду на вы! - Выпалил бек и обмяк. Царская стража подхватила его под руки и выволокла с покоев царя.
Иосиф отшвырнул поднос. Во дворце все затихли. Слуги движением глаз предупреждали друг друга - царь взбешен. Лучше бы он орал и топтал кого-то. Хуже, когда кипевшее в нем молчание клокотало внутри. Спустя время он, взъяренный и быстрый, мог приказать зарубить с десяток слуг. Ничего, найдут новых. Царь застыл, смотря в одну точку.
Сиятельный Иосиф, гроза неверных - Да продлит небо его дни! - все не мог справиться с волнением. Ну подумаешь - какой-то дерзкий юный глупец попрал священную волю кагана. Да еще угрожал, безумный, и кому? Сколько таких было - и где они? Стали песком, пылью на копытах каганской конницы. Высохли в клетках скелетами - и продолжают висеть. чтоб вразумлять вот таких наглецов. И этот станет. Но что-то в душе велиликого царя тревожно заныло, что-то горечью отравляло думы и сердце. Что? Царь не знал. Хорошо быть каганом - спи да жри, вдруг зло подумал царь. А тут...
" Зачем он предупредил меня? Зачем - так никто никогда не делает? Ладно, русы спустятся по Днепру и нагрянут с запада - как и все их князья до этого. Варвары " - зевнул царь и попытался заснуть. Не спалось - и царь долго ворочался. " Зачем? "
Кучки ратников под грозные крики дружинников ходят с копьями, колят мечами, стреляют из лука. Свенельд с князем стоят на пригорке. Любо, ох любо посмотреть на войско русов! Жалко, доспехов на всех не хватает, ну так удачный и сильный воин добудет их в бою. А неудачному они не помогут - таков закон боя.
- Мы не пойдем по Днепру, - сказал князь.
- Нет? - Удивился Свенельд.
- Мы нападем с севера.
- С севера? - Удивился Свенельд, - но это же дольше.
- Вот видишь - если ты удивился, то как удивится каган? - Святослав засмеялся, откинув голову. С бритой головы плечей коснулась оставленная одинокая прядь волос - признак знатного рода. А род Святослава - знатнее некуда. Сам Рюрик его дед.
- Хм, с севера говоришь, княже, - Свенельд долго смотрел вдаль, обдумывая услышанное. - Нам придется идти по землям печенегов.
- И я их куплю, печенегов, - ответил князь. - У нас мало конницы; а без конницы войско не войско.
- Драться они не умеют, - презрительно отозвался Свенельд.
- Зато умеют стрелять из луков, добивать отступающих и бить из засады. Да - и убивать раненных, пленные нам не нужны. И чем больше печенегов ляжет на поле брани с хазарами, тем меньше их пойдут в набеги на наши земли. Готовь ладьи, воевода, мы выступаем. - Князь пошел.
Царя Иосифа в ужасе настигла весть, что русы, как ястребы сверху, прыгнули на Итиль. И царю пришлось срочно спешить туда. Хорошо еще, гарнизон в крепости мощный. Но все равно - кагановы силы разбросаны, а полагаться на степных кочевников-союзников, на эти отбросы, ненадежные, что летний дождь, мог только дурак. Ладно - стены Итиля взмывают вверх, и никому не удавалось его взять. Князь русов безумец - придти к неприступной крепости, в лапы к царю. Иосиф усмехнулся - не пройдет и пол дня, как его бессмертные, знамя пророка, раскидают по полю этих уставших в дороге русов. Войско кагана через ворота-горлышко крепости расстеклось по полю густой сметаной.
И войско русов стояло наготове. Впереди - копейщики в три ряда. Позади - два ряда стрельцов. Еще позади них - основные силы, с мечами и топорами, которые скоро понадобятся для ближней свалки, для кромешного месива тесной схлестки. Где жернова мясорубки, где самое то - боевые ножи, с пол метра. Где мечи, булава и кистень. Где решается все - без конницы и лучников, лупящих издалека. Друг другу в глаза, вспарывая животы. Где не ускакать, а только рубить, рубить, рубить, заручившись Перуном. Чтобы выжить и победить.
Царь дал знак, и первые ряды кара-хазар сорвались в бой. Легкие, быстрые, словно молния, они подскакали к русам и дали залп. Русы пригнулись к щитам, второй ряд их поднял наполовину, третий повыше - стрелы хазар застучали по дереву. Русы укрылись сплошной корбкой, оставив лишь редкие щели, в которые попадала дура-стрела. Так и есть - с десяток воев по неопытности где-то рядом взвыли. Умнее будут - русы теснее сжали ряды. Кара-хазары, развернувшись для нового разбега на стену русов, выхватывали жиденькие степняцкие стрелы с колчанов.