Интересно, что скажет Ружана Истеновна Анатольевна, когда прочтёт эти строки? В своё оправдание я мог сказать лишь то, что уже сильно по ней скучал, да и жрать хотелось.
Так, занятый своими мыслями, я добрался до ОВД на Кирпичной улице. Начальник, как водится, ещё не приехал. Ничего не оставалось делать, как снова усесться на стульчик, что стоял на крыльце, и приступить к разглядыванию морских волн и горизонта. Горизонт был чист. По волнам плыл корабль.
Прекрасные летние дни, спокойное Черное море. Пароход перегружен людьми и кладью, — палуба загромождена от кормы до бака. Плавание долгое, круговое — Крым, Кавказ, Анатолийское побережье, Константинополь…
- Наверное, рыболовецкий, - подумал я и закрыл глаза. Немного посидел с закрытыми глазами, потом открыл их и посидел с открытыми. По лестнице снизу на меня надвигалась грудастая старуха лет пятидесяти. На безымянный палец правой руки она надела сразу два кольца – обручальное и с камешком. Здоровенные сиськи, обтянутые рифлёной майкой зелёного цвета, грузно колыхались в такт её тяжёлой поступи. Можно было представить, что с ними творится, когда их обладательницу ******* какой-нибудь пузатый дядька. Муж, например. Дама важно прошествовала мимо.
- Видать, руководит тут чем-нибудь, - подумал я и снова закрыл глаза.
Рядом послышался разговор. Беседовали двое. Обладать хриплого голоса начал поругивать Советскую власть вообще и установленные ею порядки в частности. Второй ему нехотя поддакивал. В откровенную контру диалог не перерос, так как раздался комариный писк тормозов, и перед ОВД остановилась серая «Волга» начальника милиции.
Пока я в очередной раз пытался разлепить слипающиеся глаза, Куличихин с лёгкостью серны взбежал вверх по лестнице, и мне удалось разглядеть только его спину. Спина была как спина. В белой форменной рубашке с короткими рукавами.
Я опять закрыл глаза, но через несколько минут всё-таки встал и потянулся. Потом вошёл в холл и посмотрел на часы. С момента приезда подполковника прошло уже минут десять. В это время из дежурной части выглянул лейтенант.
- Молодой человек, - сказал он, - поднимитесь на третий этаж. Константин Степанович Вас ждёт.
На третьем этаже перед кабинетом начальника стояла толпа народа. Я решительно вклинился в этот конгломерат человеческих тел.
- Стойте, стойте! Куда? Тут очередь! – раздалось со всех сторон, когда мои намерения проникнуть в кабинет стали очевидны.
Я остановился у самой двери, повернулся и тяжёлым взглядом обвёл всех присутствующих. Однако опыт, полученный от общения с армянином из камеры хранения, не сработал. Вместо ожидаемого результата произведённое действо привело к обратному эффекту. Очередь расшумелась ещё больше. Пришлось втянуть голову в плечи и поспешно шмыгнуть в дверь.
Кабинет оказался довольно внушительных размеров. В его глубине за большим столом сидел Куличихин.
- Здравствуйте, - сказал он и с интересом посмотрел на меня.
- Садитесь, - предложил Куличихин, - думал, что Вы уже не приедете.
- Так уж получилось, - ответил я и сел.
Куличихин был довольно симпатичный дядька. Ростом высок и в плечах широк. Мне показалось, что Куличихин не знал, как себя со мной держать. Он забыл последовательность, что у нас за чем, если верить Сергею Рудольфовичу.
- Есть два варианта, - сказал Куличихин и опять с интересом посмотрел на меня, - первый, это пансионат в центре города. На всём готовом, и стоит пять рублей в день. Всё будет зависеть от того, как у Вас с деньгами.
- Можно и так, - сказал я, имея в виду пять рублей в день.
- Второй вариант, - продолжал Куличихин, - это только переночевать, зато море под боком, и стоит рубль в сутки.
Я пожал плечами. В это время мой мозг судорожно пытался перемножить 5 рублей на 20 дней. Каждый раз в результате получалась кругленькая сумма. На меня она особого впечатления не произвела.
Я уже представлял себя в пансионате, ведущим райскую жизнь на 5 руб. в сутки, как вдруг с испугом сообразил, что даже не знаю, сколько денег у меня осталось. По мутным подсчётам, за два дня на всякую ерунду ушло около 30 рублей. С такими расходами денег на обратный билет могло и не хватить.