Тихо сидя на своём месте, Артур выпил целый кувшин холодной воды и съел две пачки соленых крекеров, которые привез отец.
— Как ты? — спросила я.
Его лицо покраснело, и я легко потрогала его лоб, проверяя на наличие температуры.
— Ты весь горишь. Принесу тебе еще воды.
— Нет! — он остановил меня, ухватив за запястье. — Не уходи.
— Но кран здесь в паре шагов, я…
— Я не хочу пить. — заверил меня Артур, утягивая обратно на стул рядом с собой.
Он все еще не выпускал моей руки, боясь разорвать телесный контакт даже на секунду. Возможно, на это каким-то образом повлияло то, что последние пару часов я возилась с ним, как с маленьким ребенком, не отходя ни на шаг.
Артур все еще казался немного слабым. Я не стала вырывать руку, вместо этого погладила его по плечу, на секунду забыв, что мы сидели посреди кухни, окруженные кучей любопытных глаз, и осталась сидеть рядышком, надеясь, что скоро ему полегчает.
— Прекрати кудахтать над ним, Тэдди, все будет в порядке, — махнул рукой Хайд. — Я укуренным даже на права умудрился сдать.
— У тебя есть права? — поразилась Кара. — Ты же дизель от мазута отличить не можешь.
— Зато могу отличить, когда у тебя ПМС, а когда ты просто ведёшь себя, как законченная стерва.
Пререкания друзей превратились в фоновый звук, когда я услышала слабый голос Артура рядом с собой.
— Думаю, мне нужно на свежий воздух, — пробормотал он.
— Конечно, — я соскочила с места и помогла ему подняться на ноги.
Когда мы с ним были уже почти у входной двери и обернулась и поняла, что на улицу идём только мы вдвоём.
— Никто не хочет помочь? — возмутилась я.
— Конечно, нет. Что если его стошнит? — ужаснулась Кара.
— Его не стошнит, — закатила глаза я. — Наверно.
— Я не буду рисковать. — покачала головой она. — Не в этих туфлях, дорогуша.
Спустившись с крыльца, Артур согнулся пополам, уперев руки в колени, и глубоко задышал. Я подошла к нему со спины и осторожно положила руку на плечо.
— Тебе все-таки плохо?
— Нужно какое-нибудь укромное место. — произнес он.
— Пошли. — взяв его за руку, я повела Артура вглубь заднего двора.
Дальнюю стену старой пристройки гаража не было видно из окон дома. Нас окружали только деревья, прохладный вечерний воздух и склад старых шин, от которых Джек все никак не может избавиться.
— Главное, не волнуйся. Я ловила родных на отходняке даже чаще, чем смотрела мультики в детстве. — успокаивала Артура я, все еще продвигаясь вместе с ним глубже по заднему двору.
Артур следовал за мной молча, с каждым шагом все сильнее сжимая мою руку, что я воспринимала, как знак поторопиться. Не то что бы на мне были такие же дорогие туфли, как на Каре, но мне все же не хотелось снова попасть впросак перед Даунтауном.
— Пришли. — сказала я.
Мы остановились среди запчастей грузовиков и старых, проржавевших прицепов, обросших крапивой и сорняками. Можно подумать, что Джек проектирует здесь колонию строгого режима.
— Можешь начинать. Я отвернусь. — сказала я, поворачиваясь к Артуру спиной.
— А зачем тебе отворачиваться?
— Я, конечно, понимаю — что естественно, то не безобразно и все такое, но я не особо хочу смотреть, как тебя тут выворачивает.
— Меня не будет тошнить, Тэдди.
Твердая рука коснулась моего плеча и резко развернула меня на сто восемьдесят градусов. Я оказалась лицом к лицу с Артуром, а уже через секунду почувствовала, как лопатки уперлись в конструкцию гаража.
Спиной я оказалась прижата к стене, а весь обзор спереди закрывала нависшая надо мной фигура Артура.
— Так если тебя не тошнит, — осторожно начала я, — з-зачем тебе было нужно в укромное место?
— Не знаю. Я сейчас на многие вопросы не знаю ответа, Не знаю даже, почему недавно съел тот кекс. — произнес Артур не больным, а уже абсолютно ровным, голосом. — Я даже не люблю сладкое.
Атмосфера между нами накалилась. Еще пару минут назад он был робким, социально-неловким Даунтауном, которого вот-вот вырвет. А сейчас на меня потемневшим взглядом смотрел таинственный незнакомец, подкарауливший меня в темном переулке.
И я не знала, как точно реагировать на это раздвоение личности.
— Какая же ты маленькая, — внезапно сказал он, скользя ладонью от моего плеча до запястья.
— Что?
— Такая тонкая, я боюсь тебя сломать.
— Ну, пару лет назад я была довольно толстой.
Я убийца. Самая настоящая маньячка. И только что я, кажется, жестоко прикончила тот романтический момент, который мог бы быть.
Кто вообще будет говорить про свой лишний вес мистеру Совершенство, у которого, наверно, даже прыща за всю жизнь не было?