– Ничто не сравнится с той курткой Шаннель, что ты купили на гаражной распродаже.
Мои глаза расширяются.
– Откуда мне было знать, что Шанель пишется с одной «н»!
Сиенна продолжает улыбаться, когда отклоняется на спинку дивана, погружаясь в цветочные подушки.
– Я скучала по общению с тобой.
– Я тоже. Ну, в смысле, с тобой. – Я резко встаю, и говорю: – Схожу за попкорном. Ты хочешь содовую?
– Конечно. Просто убедись, что она...
– Диетическая. Знаю.
Странно, как быстро вспоминаются детали, словно двух последних лет не существовало.
Я бросаю попкорн в микроволновую печь и достаю большую пластмассовую миску, затем наполняю два стакана содовой и льдом. Я быстро возвращаюсь в гостиную, располагаясь на противоположном конце дивана. Миска с попкорном находиться между нами.
Начинается фильм, и я мысленно возвращаюсь в то время, когда мы в последний раз вместе смотрели этот фильм. Мы были у Сиенны дома. Нам было по пятнадцать, мы смеялись без остановок, говорили о мальчиках, одежде и миллионе других вещей, о которых я даже не могу вспомнить прямо сейчас, но которые тогда казались очень важными.
– Помнишь тот поход? – спрашивает Сиенна.
– Со Стивеном? – мое сердце подпрыгивает к горлу. На тех выходных я поняла, что влюблена в него.
Мы два часа ехали через захолустные пригороды лесозаготовок и мимо старых районов добычи полезных ископаемых. Стивен взял на себя миссию добраться до лагеря в лесу, снова и снова обещая нам, что это стоит долгой поездки. Он за рулем внедорожника его мамы, пассажирское сиденье которого занимает его приятель Крейг. Они кажутся намного старше нас с Сиенной, сидящих прямо за ними на заднем сиденье. Они такие зрелые, взрослые. Всякий раз, когда я рядом с ними, я чувствую себя глупым ребенком, пытающимся произвести на них впечатление.
После того, как мы проезжаем последний городок, мы сворачиваем на извилистую, усаженную деревьями дорогу. Затем Стивена съезжает на лесозаготовительную гравийную дорогу, которую по бокам окружают заросли болиголова.
Наконец, Стивен объявляет, что мы на месте и паркует внедорожник. Мы с Сиенной открываем двери, практически вываливаясь в теплый летний воздух. Сейчас начало августа, почти восемь часов вечера, солнце садится, но все еще тепло. Стивен обходит заднюю часть внедорожника и начинает вытаскивать вещи на землю, в конечном счете, раскрывая наши складные стулья среди кучи вещей позади автомобиля. Он расставляет четыре стула так, что они обращены друг к другу, а затем помещает крошечный складной стол между ними.
– Нам нужно развести костер. Как думаете, вы вдвоем справитесь с палаткой? Инструкции в мешке.
На секунду, я думаю, что он имеет в виду меня и Сиенну. Я перевожу взгляд на нее, но она смотрит на Крейга. Тогда я понимаю, что Стивен хочет, чтобы я пошла с ним. Сиенна и Крейг будут устанавливать палатку.
Стивен хлопает в ладоши, встречаясь со мной глазами и лукаво улыбается.
– Пойдем, поищем хворост для огня.
– Хорошо, – говорю я, очень стараясь не смотреть ему в глаза, потому что, если я сделаю это, то уверена, что покраснею.
Он единственный так на меня влияет.
Он достает фонарик из кармана своих штанов.
– Но нам нужно сходить в лес.
Он светит мне прямо в глаза, чтобы подчеркнуть сказанное.
Я прикрываю глаза рукой, у меня перед глазами пляшут звезды.
– Прекрати, – говорю я, но мне с трудом удается симулировать раздражение.
Я сдаюсь и просто улыбаюсь.
– Могу ли я сопровождать вас, миледи? – говорит Стивен, с ужасно плохим английским акцентом, вращая фонариком перед собой словно мечом.
– Можете, – говорю я, добавляя к своим словам искусственный реверанс.
Он усмехается, подавая мне локоть.
Мое сердце сильно колотиться, когда я кладу свою руку на его согнутую в локте руку. Он уводит меня прочь от подшучивания Сиенны и Крейга, их смех утихает, когда мы отходим дальше в темноту. Деревья окружают нас, и без того слабый свет луны тускнеет, когда мы оказываемся под сенью деревьев.
– Скоро твой день рождения, верно? – он бросает взгляд на меня, при этом выглядя... смущенным? Я никогда не видела такого робкого выражения в его глазах.