Секунды превращались в минуты и медленно тянулись под гнетом моего страха. Слезы уже остыли и высохли и я откинулась на спинку сидения, принимая свою никчёмность. Эти мужчины думают только о своем эго и ведут себя, как мальчишки в песочнице, не поделившие игрушку. И хоть я и считаю себя человеком, чувствую себя той самой не поделенной пластмассой.
Прошла целая вечность, когда дверь машины открылась и на водительское место сел Самир. Я не видела его лица, а лишь по спине и ауре поняла, что это именно он.
Сым молча завел машину и резко двинулся с места. Чем дальше мы отъезжали от клуба, тем мне страшнее становилось от мысли о Бучневе. Ведь если Самир здесь целый и невредимый, тогда что с Пашей? Но спрашивать это у мужчины равноценно самоубийству.
Ночной город был почти пуст, не предоставляя преград к нашему дому. И все это время я чувствовала злость исходящую от водителя. А его молчание только усугубляет мое волнение.
Мы остановились на подземной парковке и Самир в полной тишине вышел. Я видела, как он замер перед моей дверью и я понимала, что ему нужно время. Спустя несколько минут, мужчина открыл передо мной дверь, позволяя выйти. И когда я это сделала, то прислонила руку к губам. Нет, не от внешнего вида мужчины, а от количества красных пятен.
- Это вино, - сурово ответил, но я не поверила, видя садины на руках и скуле. – Пойдем.
Мы добирались до квартире в гнетущей тишине. Кажется, только мое сердце нарушала ее, громко бившись в груди, как марафонец.
Когда мы зашли в квартиру, Сым стал снимать одежду, не успевая проходить во внутрь. Словно ему было противно это одеяние.
- Сядь на диван, - все так же холодно сказал, приближаясь к барной стойке.
Я тихо села, ожидая того, что меня ждёт. И эта неизвестность дрожью забралась под мою кожу.
- Рассказывай.
- Что именно?
- Давай без этого, я устал. Кто, как и почему? Все с самого начала, дорогая. И услышь сейчас, что малейшее враньё или недосказанность равняется предательству и несёт за собой наказание, - Самир снял бокал и налил туда что-то из алкоголя.
- Он мой начальник с которым я встретилась в первые в твоём клубе, в тот же день, когда ты подошел ко мне. Это он увёл меня из клуба и привез к себе. Но у нас ничего не было, - Сым просто слушал и гипнотизировал бокал, но его внимание было сосредоточено на моих словах. – Я улетела утром в отпуск, на лайнер. Мне родители подарили билет. Бучнев последовал за мной и мы пробыли там меньше недели. Вернувшись, я с ним распрощалась из-за подруги. Все.
- Нет. Ты не ответила ему на вопрос про чувства. Любишь?
- Послушай, это же глупо.
Самир окинул меня взглядом, пронизывая душу и встав, резко кинул бокал в стену и так же зверски опрокинул стул, на котором сидел секунду назад.
- Черт! Катя! Ты хоть себе не лги! – закричал, пригвоздив глазами к дивану.
- Он предал! – встала и сделала шаг к мужчине. – Он устроил игры в компании! – сделала ещё шаг. – Это он разрешил тому сотруднику уложить меня к себе в постель! Что я должна ощущать?
Я приблизилась на расстояние вытянутой руки, понимая, что он не только зол, но и уязвим и мои слова ему сейчас нужны, как воздух.
- Я не могу сказать, что не люблю. Но это чувство осквернено и заражено ядом. Оно убивает во мне все хорошее к нему, что я испытала в тот короткий момент. И я сейчас здесь, перед тобой.
- Что ты чувствуешь ко мне? – спокойно, словно из него высосали все чувства, спросил, сделав ко мне шаг.
- Я не знаю. Это сложно. Ты как те карусели, по которым мы гуляли. Рядом с тобой мне страшно, порой мне хочется бежать без оглядки. Ты пытаешься все контролировать и подчинить себе и это меняет мое виденье отношений. Не всегда в хорошую сторону. Ты как цунами, сносишь меня, но при этом держишь железной хваткой. Ты заставляет дышать тобой, видеть твоими глазами, ощущать твои звериные чувства. Но ты заботливый зверь. Верный, надёжный и мне не страшно стоять за твоей спиной. Я не знаю, как назвать все это, но оно живое. Мне не страшно повернуться к тебе спиной, зная, что ты требуешь то, чего сам придерживаешься. Мне страшно стоять вот так, к тебе лицом и видеть, осознавать черноту души, глубину твоих чувств и ощущать их рябь.
Я выдохлась, пока раскрывала душу, но затаила дыхание, ожидая реакции от своих признаний. Он должен решить и я вижу, что мой приговор скор.
- Ты полюбишь меня. Больше не заставляй меня сомневаться в тебе.
Самир сократил расстояние между нами и захватил мои губы в плен. Жёстко, требовательно, бескомпромиссно. Но все это длилось считаные секунды. Он отстранился и обвел меня нечитаемым взглядом.
- Я в душ. Будь хорошей девочкой, - улыбнулся и направился к лестнице.