Я подскочила и чуть не перекувырнулась через ногу Харта в голубых шлёпках. Он не ставил мне подножку специально, но намеренно поймал меня за локоть.
— Только не запирайся, ладно? И вообще не закрывай дверь. Так я буду знать, что ты не плачешь, договорились?
— Я не собираюсь плакать! — вырвала я руку. — У меня же все окей, разве нет?
— Сладких снов, Рябина. Встретимся за завтраком.
— Непременно. Часов в пять утра.
— Как получится. Может, и в четыре. Я не против.
Традиционное утро
— Мам, у меня действительно все хорошо, — прошептала я в телефон, когда на очередное мое текстовое сообщение мама заявила, что я что-то от неё скрываю, раз не показываю личико.
Точно: разницу во времени, гомон птиц за окном, рокот океана и тишину в доме. Вот, что я скрываю!
— Мама, ещё шести нет. Я не могу говорить в полный голос, когда все спят.
Мне, наверное, и шептать нельзя было: за стенкой послышалось шевеление, и вот Харт уже собственной персоной стоял в дверях. Господи, он не раздевается ночью? Так вот в шортах и спит, потому что утром лень одеваться. Или в казармах так принято?
Я поправила на коленях простыню и сказала в телефон уже обычным голосом:
— Мам, когда у тебя вечер, у меня утро. Это так просто — ничего считать даже не надо.
Мне не надо было отвечать на ее сообщения, но я проснулась в четыре утра и сначала лежала тихо, как мышка, понимая, что предложение позавтракать вместе в четыре утра со стороны Харта не было шуткой. Потом я перешла к следующей части утреннего ритуала — съела шоколадную конфету с апельсиновой начинкой. А потом полезла отвечать на комментарии к романам и начала отбрыкиваться от неуемного любопытства Кошки и наконец от мамы, которая поймала меня онлайн.
— Мам, я тебе позвоню твоим утром, моим вечером, идёт?
Только Харт никуда не шёл.
— Ты уже проголодалась? — спросил он, лишь только я положила телефон на тумбочку.
— А ты?
— По общению, — улыбнулся Харт. — Спустимся в кухню? Сегодня жуткий ветер, так что завтракать во дворе даже не предлагаю. Но могу и внутри дома приготовить тост, яйца, папайю… Бекон хочешь? Или котлету?
— На завтрак?
— Ну, завтрак иногда может оказаться единственной едой до самого вечера. Впрочем, сегодня жуткий ветер… Я не думаю, что мне стоит куда-то тебя тащить. Если только на другую часть острова в надежде на солнце.
— Я думала, это только к Большому Острову относится…
— К любому… Острову… Можем просто нарядить ёлку и посидеть на пляже. Может, увидим рыбок… Купаться не предлагаю. Думаю, там стало совсем по колено.
— Где?
— Там… — Харт лежал на дверном косяке. — Бассейн у нас глубже океана, в котором ты плавала…
— Не поняла…
— Ну, я это понял, — он глотал улыбку, но та не проглатывалась ну никак. — Думаешь, я зря сказал, чтобы ты не трогала дно ногами. Там почти везде по пояс из-за рифа. Плыть можно, если не пытаться вставать, а кораллы… Они мертвые у берега и острые. Если бы я сказал тебе, береги живот, ты бы никогда не залезла в воду. А если бы я сказал, что ты прыгаешь там, где от силы метр между камнями, что ты бы мне сказала?
— Что ты дурак! — выплюнула я, но не зло. Уж очень его улыбка была заразительной. — Как я не поняла, что там по колено?
— Потому что я стоял и ловил тебя, чтобы ты не оцарапалась о камни.
— Ты стоял…
— Ну, сидел… Джулия, это называется состояние аффекта. Или ты тогда просто не проснулась…
— Но я же плавала! — не унималась я.
— Да, немножко. Там вода местами, если повезёт, доходит тебе до груди… Ну прекрати злиться!
— Я не злюсь, я в шоке, — развела я руками. — Выходит, меня реально так легко надурить?
— Нелегко, конечно, но я старался, — Харт улыбался во весь рот. — Старался, чтобы тебе было хорошо. Зима не лучшее время для плавания на Молокае. Везде, где нет рифа и глубоко, сейчас высокие волны. Давай отвезу тебя на западное побережье. Может повезёт увидеть серфингистов. Ну и… Там есть бухта, в которой, возможно, удастся поплавать по-настоящему. Если волны не будут сбивать с ног. Согласна?
— На что?
— На такой распорядок дня. Мы завтракаем, наряжаем ёлку, едем пить кофе на местную кофейную плантацию и идём к тому самому камню. Там же смотрим сверху на поселение прокаженных, а потом проверяем бухту? А вечером отдыхаем в бассейне с домашней пиной-коладой? Ну?
— Ты лучше знаешь, что тут делать… Но как же Найл?
— Мы вернёмся к нему к вечеру, в чем проблема?
— Проблема в том, что ты хотел побыть с дедом. И что я тут лишняя…
Харт вступил в комнату, сделал три шага и оказался на моей кровати сначала одной коленкой, потом второй, и в итоге зажал меня ногами.