Максим позвонил Геннадию, потом — родителям, которым сообщил о планах на ближайшие выходные и попросил одолжить шампуры.
— Я привезу их на работу, — пообещал Анатолий Семенович. — А идея выехать на лоно природы у вас хорошая! — одобрил он.
— Макс, а когда вы уезжаете? — поинтересовалась Наталья Борисовна.
— Планируем выехать в пятницу утром. Ты хочешь поехать с нами?
— Нет, конечно, шутник! Я тут купила кое-какие мелочи, ну, например, кухонные полотенца и бумажные, салфетки разные, чай, который любит папа. Я хотела бы завезти все, пока вас не будет. Мне кажется, что эти вещи нужны в вашем хозяйстве, но я боюсь, что Света может подумать, что это уже не мое дело.
— Это что-то новенькое, я уже чего-то не понимаю!
Максим попрощался с родителями с чувством досады на то новое и непонятное для него, появившееся в их отношениях.
Утро пятницы началось с того, что они проспали.
— Ничего страшного, чуть опоздаем, — успокоил Максим Светлану, бегавшую по квартире. — А если быстро позавтракаем и будет мало пробок, то мы приедем почти вовремя.
Позавтракали они действительно очень быстро, и Светлана начала упаковывать поклажу.
— Свет, я отнесу палатку, надувные матрасы и одеяло, проверю машину и вернусь за остальным, — предложил он.
При выходе из квартиры с целой кучей вещей ему неудобно было закрыть за собой дверь. Максим видел, что дверь не захлопнулась, но не стал звать Светлану и не попытался закрыть ее сам. Подумав о том, что он скоро вернется и ничего страшного не случится, если дверь побудет некоторое время приоткрытой, Максим локтем нажал на кнопку лифта.
На улице, уложив вещи в багажник, он проверил колеса, бензин, масло. Пока он возился со своей машиной, то краем глаза наблюдал за рядом стоящим такси. Сравнительно молодая женщина усаживала в машину довольно миловидную старушку.
— Бабуля, никакого ребячества! Помни о своем давлении! Помни, как тебе было плохо после прошлой встречи с твоими старыми подругами.
— Ну не такие уж они и старые! — возмутилась старушка.
— Прости, я хотела сказать с давними подругами. И не вызывай такси, а обязательно дождись Ваню. Он после работы заедет за тобой и привезет тебя домой, — наставляла она старушку. — Шестнадцатая Парковая, дом двенадцать, вы не перепутайте, пожалуйста, номер Парковой и номер дома, — обратилась она уже к водителю такси. — Шестнадцатая Парковая, двенадцать, — повторила она еще раз.
— Хорошо, я понял, у вас нет причин для волнения, — успокоил ее водитель и почему-то весело посмотрел на Максима.
— Ну счастливо, дорогая! — Женщина чмокнула старушку в щеку и, отойдя от машины, помахала рукой.
Макс проводил глазами отъезжающую машину и направился к дому. Что-то в увиденном и услышанном показалось ему странным. Задумавшись, он не вызвал лифт и начал подниматься по лестнице.
— Первая Парковая, Вторая Парковая… — Максим вслух считал ступеньки, поднимаясь на свой четвертый этаж.
Дойдя до шестнадцатой, он начинал нумеровать Парковые снова.
— Тринадцатая Парковая! Я знаю, что на этой улице жила Светлана и сейчас живут ее родители. Что же мне показалось странным? Взгляд водителя? Конечно, ему стало смешно, у него ведь еще нет склероза, и он не запутается в двух числах, как предполагает женщина, — бубнил Максим, шагая по ступенькам. — Взгляд водителя!
Максиму вдруг отчетливо вспомнился взгляд другого водителя. Тот водитель смотрел недоуменно. Почему?
— Да потому, что Светлана сказала, что ее Тринадцатая Парковая последняя из Парковых! А я только что дважды слышал о Шестнадцатой! Но если Светлана давно живет на этой улице, она просто не может не знать, сколько этих самых Парковых рядом. Я, например, почему-то знаю, что рядом с улицей, где живут родители, есть две Брестских улицы и аж четыре Тверских-Ямских. Значит, она меня обманула?! Почему?! Зачем?!
Максим резко остановился. Неожиданно сделанное открытие чуть не сбило его с ног. Связка ключей, которую он в задумчивости крутил на пальце, полетела на пол. Нагнувшись за ней, Максим обнаружил, что стоит перед приоткрытой дверью своей собственной квартиры. Подняв ключи, он не смог открыть дверь. Ноги не шли, почему-то хотелось постоять, подумать, привести мысли в порядок. Голова сама склонилась к дверному косяку, рука ухватилась за приоткрытую дверь, и вдруг Максим отчетливо услышал голос Светланы. Она разговаривала по телефону. И, как понял Максим, разговаривала она со своей подругой Ольгой.
— И чего ты тарабанишь? Мы сейчас выезжаем. Максим уже выносит вещи. Набрали всего, как цыгане.
Светлана замолчала, слушая Ольгу. Максим уже хотел открыть дверь и войти, не в его правилах было подслушивать, но что-то остановило его. Словно боясь упасть, он еще крепче ухватился рукой за дверь.