— Машенька! Я тебя поздравляю! Ты молодец! Давайте присядем, а то мы занимаем слишком много места в коридоре. Маша, разреши представить тебе друга моего мужа. Они скорее братья, чем друзья…
— Тогда уж отцы, — рассмеялся мужчина.
— И точно! — рассмеялась и Рогнеда Игоревна. — Моего мужа, как ты знаешь, зовут Владимир Сергеевич.
— А я Сергей Владимирович! — улыбнулся мужчина.
Маша знала мужа Рогнеды Игоревны и помнила, что во всей его внешности выделялся только полный обожания взгляд, с каким он смотрел на свою жену. А Сергей Владимирович был его полной противоположностью и внешность имел очень яркую: большие черные глаза, волнистые черные волосы, зачесанные назад, смуглая кожа, высокий рост.
— Ну, рассказывайте, Маша, кто вас напугал в этом святилище? Только начните с самого начала и ничего не пропускайте, — улыбнувшись, предложил он.
Маша, стараясь унять волнение, рассказала о сегодняшнем происшествии. Рассказывая, она все время смотрела на дверь детской.
— Маша, вспомните, кому вы говорили о том, что к вам некому прийти? — задумавшись, спросил Сергей Владимирович.
— Никому, разве что девочкам из палаты, когда спросила у них про буфет…
— Так, девчонки, следствие забуксовало. Я предлагаю перейти к конкретным действиям. Вы сидите здесь и ждите меня! — приказал он.
— Машенька, ты не волнуйся! Сергей не знает, что такое преграда и трудности, потому что через многое прошел. Давай подождем! — Рогнеда Игоревна ласково накрыла ладонью руку Маши. — Как ты себя чувствуешь? Без живота легче стало?
Маша рассказывала о своих чувствах и ощущениях и, внутренне сжавшись, ждала. Ждала освобождения от какого-то необъяснимого, почти звериного страха за ребенка.
— Маша, где твои вещи? Ты переезжаешь! — заявил появившийся Сергей Владимирович, не заметив, что перешел на ты.
— В палате. — Ничего не понимая, Маша показала на дверь. — Я сейчас!
В палате она быстро собрала сумку и попрощалась с соседками.
— Ты куда? — удивилась Катя. — Вот и «ко мне не придут»!
— Пока не знаю куда, но думаю, что мы еще увидимся, — улыбнулась Маша всем на прощание.
В коридоре сумку у нее забрал Сергей Владимирович и пошел несколько впереди Маши и Рогнеды Игоревны. Посмотрев на него, шагающего впереди с ее сумкой, Маша резко остановилась.
— Я вспомнила! — воскликнула она, волнуясь.
— Сейчас придем в твою новую палату, и ты расскажешь, о чем ты вспомнила, — успокоил ее Сергей Владимирович.
Палата находилась на этом же этаже, только в другом крыле здания. У палаты их встретила дежурная сестра и, мило улыбаясь, познакомила Машу с обстановкой.
— Сейчас принесут вашего мальчика, а гостям лучше надеть марлевые маски, — закончила она.
— Мы с Мотей будем здесь вдвоем? — не веря свалившемуся на нее счастью, прошептала Маша. — А моих денег хватит, чтобы заплатить за эту палату?
— Маша, ты сейчас должна думать о ребенке, а не о деньгах! — не удержавшись, упрекнула ее Рогнеда Игоревна. — Ты уже нашла малышу имя? Ты назвала его Матвеем?
Рассмеявшись, Маша рассказала о своей первой встрече с сыном.
— Ну и где эта Миронова? — прервала ее рассказ появившаяся с ребенком на руках Лидия Ивановна. Увидев в палате посторонних, она на миг смутилась. — Я положу его в кроватку, — предложила она, — он еще спит.
— А можно, я немного подержу его? — смущаясь, попросил Сергей Владимирович.
— А чего же, конечно, можно! — за Машу ответила Лидия Ивановна и аккуратно передала ему ребенка.
— Спит, мужик, — умильно улыбнулся мужчина.
Женщины внимательно смотрели на него.
— Я неправильно его держу? — заволновался он. — Лет тридцать назад я держал на руках свою дочку, все уже забыл. Ладно, кладите его в кроватку, — вздохнул он, передавая младенца нянечке.
Когда Лидия Ивановна положила малыша в кроватку, Сергей Владимирович, взяв ее под руку, предложил: