«Однако! Это какую же надо иметь подготовку, чтобы в ее годы на одном дыхании одолеть два пролета лестницы?!» — с восторгом думал Максим, бегом поднимаясь на второй этаж.
Боясь отстать, он почти перестал волноваться, а волнение и неловкость первых минут встречи двух незнакомых людей исчезли под натиском бурного темперамента Раисы Васильевны. Она за минуту успела представить их друг другу и рассказать о ее встрече с Максимом. Он смотрел на Наталью Николаевну, искал общие черты с Машей, но не находил их.
— Вы ищете Машу? — удивленно глядя на Максима, спросила она.
Этот взгляд несколько смутил Максима, и он, не найдя слов, смог только кивнуть в ответ. Его выручила Раиса Васильевна:
— Наташка, у тебя есть чего поклевать? Максим же с дороги и как пить дать не завтракал, а уже время обедать.
Максим хотел было отказаться, но вспомнил о темпераменте Раисы Васильевны.
— Максим, правда, вы ведь в гостях у сибиряков, — поддержала ее Наталья Николаевна. — Садитесь обедать, а мы вам расскажем о своей беде. Я говорю «мы» и делю беду на двоих, потому что нет у меня человека ближе Раи.
— Нет, перед обедом тебе лучше было бы сказать «я». Лучше для меня, так как я бы с удовольствием присоединилась к Максиму и пообедала! — запротестовала Раиса Васильевна.
Она же отвела Максима в ванную, где они, сменяя друг друга, вымыли руки. За это время Наталья Николаевна накрыла на стол.
— Максим, у нас без церемоний, все просто, поэтому не стесняйтесь. Еда у нас тоже простая. — Раиса Васильевна пыталась снять некоторую напряженность, возникшую за столом.
— Но очень вкусная! Спасибо! — поблагодарил он и попросил рассказать о Маше подробнее.
Наталья Николаевна рассказала о том, как почти два года назад ее дочь уехала учиться в Институт культуры и связь между ними оборвалась почти через месяц. Волнуясь, Наталья Николаевна показала Максиму телеграммы, рассказала о своем звонке в деканат, о том, что Маша перевелась на заочное отделение.
— Ну вот, собственно, и все. Максим, я вас умоляю: помогите мне найти дочь! Химки и Москва ведь где-то рядом? Ой, Максим, вы нас простите! Мы все о своем, но вы ведь тоже ищете Машу?
— Да, — подтвердил он и на некоторое время замолчал, не зная, что сказать, — я хотел передать ей этот конверт. — Максим вынул конверт из кармана и положил его на стол. — Вы передадите? Вдруг мы в Москве где-то с ней разминемся…
— Конечно-конечно, вы не беспокойтесь!
Собственно, отдавать Наталье Николаевне рябиновые бусы Максим не собирался, но, застигнутый врасплох ее вопросом, растерялся и сказал первое, что пришло в голову.
Обратная дорога показалась Максиму еще короче, потому что всю дорогу он систематизировал факты и составлял план действий, да и с транспортом ему везло. Вылетев из Новокузнецка в восемь вечера в воскресенье, он вскоре был уже в Москве.
«Время работает на меня. Но сколько же времени я упустил! Два года я просто проспал. Хватит спать! Пора начинать новую жизнь! Опять новую? — поймал себя на мысли Макс. — И опять шестого июня? Просто мистика какая-то!»
В аэропорту, садясь в такси, Максим назвал адрес своей квартиры, чему даже сам удивился. Из машины позвонил родителям и сообщил, что он уже дома. Разговаривал он с отцом, но слышал, как запричитала мать, узнав, что он едет не к ним, а в свою квартиру, и как отец успокоил ее, сказав, что так надо. Слова отца очень понравились Максиму, который был решительно настроен на поиск, на поиск не только Маши Мироновой, но и на поиск чего-то главного в жизни, утраченного в тот далекий августовский вечер.
Глава 20
После ухода Максима стародавние подруги долго молчали. Первой нарушила тишину Раиса Васильевна:
— Интересно, откуда он знает Машу и почему искал ее в школе?
— Это говорит мисс Марпл или моя подруга?
— Почему мы не спросили его об этом? — словно не слыша слов Натальи Николаевны, продолжала рассуждать вслух Раиса Васильевна.
— Меня будто загипнотизировало слово «Москва», а в голове сразу начал складываться план, по которому он мог бы найти Машу.
— А почему мы ничего не сказали ему о ребенке? — вспомнила Раиса Васильевна.
— Но ведь он в принципе и не терялся, потерялась только Маша, — пожала плечами Наталья Николаевна.
— Оно-то конечно, но может, позвоним ему и дадим дополнительные сведения, — предложила Раиса Васильевна.
— А куда позвоним? Я дала ему номер своего телефона, он обещал звонить, как только хоть что-то узнает о Маше, но своего номера он мне не дал. — На лице Натальи Николаевны особенно четко проявились огорчение и растерянность.