— Почему? Как говорится, дураков и в церкви бьют, — отшучивался Смирнов. — Учиться надо было, а где? На улице? Вот то-то и оно! Маршал и Павел Иванович одобрили наши действия.
— Ну, если они «за», тогда другое дело, — сдался Забегайлов.
Они вошли в зал, который когда-то был трапезной палатой. Посередине на тележке лежала ракета, вдоль нее располагались различные агрегаты. Стоявшие полукругом офицеры, сержанты и солдаты внимательно слушали молодого офицера. В сторонке за столом сидели, склонившись над листами ватмана, Василевский и Бондарев. Оба поднялись, поздоровались с инспектором.
Молодой офицер спокойно продолжал вести занятия. Забегайлов посидел немного, а затем спросил у Василевского:
— Этот офицер и есть лейтенант Федченко?
— Да, это он.
— Странно, очень странно, — говорил инспектор. — Мне его разрисовали прямо-таки разбойником... Парень симпатичный и, видно, грамотный.
— Сделайте перерыв, — обратился к Бондареву Василевский.
Все вместе они подошли к ракете.
— Вы можете сказать, что это такое? — показывая на гироприборы, спросил Василевский у Забегайлова.
— Нет, — ответил инспектор. — У нас занятия начнутся в следующем месяце.
— А вы, Михаил Иванович?
Смирнов коротко рассказал о назначении приборов.
— Вот видите, Константин Тимофеевич, у нас все политработники хорошо знают ракету и наземное оборудование. Могут работать за номера расчета, а остальные — начальниками расчетов и даже отделений, — сказал Василевский и добавил с определенным умыслом: — А иначе как же можно проводить проверки и инспекции?..
Слова эти, кажется, ничуть не задели Забегайлова, был он невозмутим:
— Совершенно верно, согласен с вами... Однако пригласите секретаря партийной организации подразделения.
— Нет в этом подразделении парторганизации. Здесь пока один член КПСС и один кандидат, — ответил Смирнов.
— Тогда комсомольского секретаря.
Подошел среднего роста светловолосый сержант, четко доложил:
— Секретарь комсомольской организации первой ракетной батареи сержант Низовцев.
Инспектор критически посмотрел на сержанта, спросил:
— План работы есть?
— Есть на месяц и составляется на каждое комплексное занятие.
— Очень интересно... А какова ваша главная задача?
— Поставить в срок подразделение на боевое дежурство. Это задача максимум. Минимум: добиться, чтобы четверо комсомольцев, — он назвал их фамилии, — к следующему занятию теорию знали на хорошо.
— А почему не на отлично? — удивился инспектор.
— Мы преследуем реальные цели. Сейчас по уровню своих знаний они не могут иметь отличные оценки. В будущем, конечно, станут отличниками, а пока...
— Кто у вас агитатор и редактор боевого листка?
Сержант Низовцев вызвал двух солдат, которые представились:
— Рядовой Карпуха — агитатор батареи.
— Рядовой Зайцев — редактор боевого листка батареи.
— Прошу, покажите, что это у вас? — попросил инспектор.
— Пожалуйста. — Зайцев подал боевой листок, на котором был изображен солдат с большими глазами, а вдали — хлопковые поля и трактор. Внизу подпись «Рядовой Валиев, не мечтай о хлопке, а думай, как лучше освоить технику».
— Что еще есть у вас? — спросил инспектор.
— Пока ничего интересного. Потом расскажу о нашем отличнике боевой и политической подготовки рядовом Гаркуше...
— Перерыв окончен! — объявил Василевский. — Приступить к занятиям.
Смирнов и Забегайлов вышли из учебного корпуса.
— За то, что показали ракету, познакомили с людьми, спасибо, но я прошу вас, Михаил Иванович, показать мне сегодня, в крайнем случае завтра, художественную самодеятельность части, — сказал инспектор, когда они садились в машину.
Михаил Иванович, немного подумав, сказал:
— Константин Тимофеевич, нет у нас в части художественной самодеятельности. Пока ничего нет. Не имеем на то возможностей. Скоро построят городок, клуб, будет и художественная самодеятельность.
— Ну что ж, едем в политотдел. Надо обобщать материал, — угрюмо произнес Забегайлов. — Поставили вы меня в тупик, Михаил Иванович. Много делаете не так, как у нас заведено в других видах Вооруженных Сил.
— Это не я вас поставил в тупик, а время и новый вид Вооруженных Сил — Ракетные войска стратегического назначения. Сюда пришло хорошее пополнение и его надо учить, а не агитировать. Я повторяю: учить основательно. Все это мы и делаем, потому сейчас весь политсостав в подразделениях... Документы, конечно, нужны. Без них нельзя. Но проверять надо реальную, действительную обстановку, Константин Тимофеевич.