Галя посмотрела в окно:
– Спокойной ночи, Салман.
За окном, за сплетениями и крошечными дырочками гардины, была холодная осень.
«…Ничего не бойся. Я твой друг навсегда…»
– Ты веришь, что так бывает? – спросила она у себя и тут же ответила: – Да, верю. Иначе и жить не стоит.
Она улыбнулась. И девочка, отражавшаяся в оконном стекле, тоже улыбнулась. Засыпая, Галка смотрела в окно – осень и приближающаяся зима уже не казались такими неприветливыми.
Из-за добрых писем. Из-за доброго и такого теплого слова…
Галка топила одну печь, ту, что грела ее комнату. Большую печь не трогала и еду готовила на веранде на газовой плите. Двери в остальные комнаты завесила старыми одеялами, щели заткнула ватой, и в доме было относительно тепло. Правда, утром зуб на зуб не попадал, но она терпела – а что делать? После школы дом встречал холодом, но к пяти часам в нем снова поселялись уют и надежда на то, что все будет хорошо.
Скоро все изменилось.
Нежданно-негаданно в дом вошла тетка Наташа с двумя хмурыми бабами и мужиком и указала на старые одеяла.
– Это что еще такое?!
– Холодно, вот я и закрыла.
– А ну снимай!
Галя сдернула одеяла и отнесла в свою комнату. Наташа и гости пошли за ней.
– Эту стену можно убрать, и столовая станет больше. – Тетка стукнула по стене кулаком.
– Зачем убирать стену? – удивилась Галя.
Тетка не ответила и пошла в столовую. Обойдя все комнаты, она повела гостей во двор.
– Она что, покупателей привела? – на пороге стояла запыхавшаяся Марковна. – Я этих людей видела, они с лета дом ищут.
– Покупателей? – Глаза Галки поползли на лоб, и она как была, раздетая, выскочила во двор. – Это не ваш дом, а папин! Убирайтесь отсюда! – Она жгла тетку взглядом.
Наталья подошла к ней, вбивая каблуки в землю.
– Или он, – прошипела она, показывая рукой на дом, – или жизнь твоего отца! Дура! – Она круто развернулась к гостям. – Сейчас посмотрим баню. Да, вот еще, в колодце очень вкусная вода.
Бабы поджали губы, а мужик сдвинул шапку на лоб, сморщился до невозможности, будто в его лице не было ни одной косточки, и почесал затылок. После бани тетка оставила гостей во дворе – осматриваться, а сама зашла в спальню родителей и на глазах изумленной Галки вынула из шкафа старую мамину сумочку – в ней мама хранила документы.
– Это не ваше! Положите на место!
Наталья на нее даже не взглянула, повернулась к окну, вынула документы из сумки и принялась их рассматривать.
– Положите на место! Слышите? Это не ваше!
– Я все делаю с разрешения твоего отца.
Положила в свою сумку и ушла.
На следующее утро Галя отпросилась в школе и помчалась в Минск с бельем, салом, колбасой, хлебом, солеными огурцами и яблоками. Папа сказал клубничное варенье не привозить, потому что оно в стеклянных банках, но Галка догадалась и выложила варенье в литровую эмалированную кружку. Встретиться им не разрешили, сказали, на это есть определенные дни. Галка просила, плакала, но дядька в форме даже бровью не повел. Она написала записку, а дядька не взял и оскалился, как шелудивый пес. На обратном пути в автобусе было не протолкнуться. Голова кружилась, подташнивало, сумки давили на ноги. Автобус раскачивался, и пиджак пузатого мужика, стоящего рядом, все время бил по лицу. Мужик этот работал на пристани. Галка прикрыла лицо ладонью, но мужик стал раскачиваться в такт автобусу, и теперь уже его дряблый живот упирался ей в лицо при каждом толчке, придавливая ладонь к щеке. Галка попросила его крепче держаться, а он с такой силой навалился на нее, что она закричала и ударила кулаком по животу. Увидев его лицо, красное, ухмыляющееся, самодовольное, с горящими глазами и слюнявым ртом, Галя обеими руками вцепилась ему в мошонку с такой силой, что мужик сдавленно охнул и присел. Не на нее, а на пол – народ услужливо расступился. И тут же раскричался на Галку, что она молодая еще хватать за это.
– Дурак! – кричала она, давясь слезами. – Я все папе расскажу!
– Кранты твоему папе, – донесся скрипучий голос из глубины автобуса.
Через неделю пришел Костик и, пожимая плечами, сообщил, что папу осудили на три года условно и что он завтра должен приехать домой.
«…Здравствуй, Салман. Пишет тебе Галя. Как твои дела? Как учеба? У меня все хорошо. Мы с папой переезжаем в Харьков, так что восьмой класс я закончу в Харькове. Сначала мы будем у маминой сестры, а потом купим квартиру. Папа инвалид войны, ему не нужно стоять в очереди, он сразу может купить. Папа сказал, что в Харькове есть инженерно-строительный институт, в самом центре города…