Тот посмотрел в бумаги на столе:
– А мужчина с вами?
– Роман Бисаев, мой сын.
– Документы.
Посмотрел паспорта.
– Третий этаж, кабинет триста пятнадцать.
По лестнице поднимались тоже молча, иногда обмениваясь тревожными взглядами. Взойдя на третий этаж, Галя остановилась, будто перед ней был не длинный казенный коридор, а какое-то опасное пространство.
– Мама, ты чего? – спрашивает Рома, а у самого глаза испуганные.
Галя пятится к окну.
– А если твоего отца уже нет? – Она пристально смотрит сыну в глаза, ей так хочется прочесть или в них, или на стене за его спиной, или черт знает на чем: «Не бойся, он жив!»
Ромка кусает губы и хмурится.
– Мам, идем…
Они идут к кабинету номер триста пятнадцать. В нем два стола один напротив другого, боком к двери. За столами двое молодых мужчин.
– Здравствуйте, мы к старшему лейтенанту Павленко. – Галя сжимает в руках сумку.
Тот, что справа, поднимает голову:
– Галина Петровна?
– Да.
– А кто с вами?
– Сын.
Павленко берет густо исписанный тетрадный листик с конвертом, прикрепленным к письму металлической скрепкой. Галя подается вперед, протягивает руку:
– Это заявление?
– Сядьте, – Павленко показывает рукой на диван справа от двери.
Сели.
– Итак, вас разыскивает Бисаева Яхита Хамзатовна. Это ее заявление.
И он начал читать. Странное заявление, написано обычным языком, как письмо близкому человеку.
– …Пожалуйста, помогите нам разыскать Галину Петровну Гармаш и ее сына Романа Салмановича Бисаева. Галя замужем, у нее сейчас другая фамилия, мы не знаем какая…
– Мама фамилию никогда не меняла, – хмыкает Рома.
Павленко не реагирует на замечание и продолжает читать:
– …Мы разыскивали Галю и Рому в 2000 году, посылали письмо в программу «Жди меня». Нам никто не ответил. Пожалуйста, помогите их найти, мы страстно хотим общаться…
«Страстно…» Слезы застилают глаза, в груди растет холодный противный ком.
– …Последнее письмо от Гали мы получили в 1985 году, обратный адрес – город Харьков, улица Пушкинская, дом 69, квартира 26. Мы писали на этот адрес, но нам никто не ответил. У Романа Салмановича сейчас может быть другое отчество, ему сейчас почти двадцать два года, он родился двадцать седьмого июня 1980 года.
Ромка с удивлением смотрит на Галю, его светлые брови взлетают вверх.
– Кто им сказал, что у меня может быть другое отчество? – Он пожимает плечами.
– …Отец Ромы, мой сын Салман Бисаев… – продолжает лейтенант.
Галя подается вперед, задерживает дыхание.
– …тяжело болен. Салман очень хочет увидеть Галю и сына, он страстно ждет их, мы все их ждем. Если вы найдете Галю и Рому, пожалуйста, пусть они позвонят Хасану Исаеву, он у нас сейчас большой человек, без его помощи они не смогут приехать. Номер его телефона… Скажите Гале и Роме, чтобы быстрее приезжали. Наш адрес такой же, как и был: город Аргун, улица Светлая, 24. Скажите Гале, что я прошу у нее прощения. Спасибо. С уважением, Яхита Бисаева. 11 мая 2002 года, подпись. – Он положил бумагу на стол.
Галя прижала пальцы к губам.
– Галина Петровна, мы должны ответить на запрос. Вы согласны начать общение с гражданкой Бисаевой?
– Да, согласна, – Галя кивнула, – я еду… немедленно. Так и напишите.
– Вы уверены? Там идет война.
– А как это заявление к вам попало?
– Нам его передали из городского управления милиции.
– Вы дадите его мне? – Галя протянула руку.
– Нет, это служебный документ.
– Я сделаю ксерокопию и верну вам.
– Нельзя. Я сейчас запишу вам телефон гражданина Исаева.
– Тогда дайте хоть подержать!
Павленко протягивает листок. Он немного примят на углах. Где Яхита все это писала? В комнате, той, что вся в коврах? Или в кухне с белыми стенами, возле больших алюминиевых кастрюль? Или в саду под старой грушей?
– …Расскажи про свой город, – просит Галя.
– Он называется Аргун. – Салман мечтательно улыбается. – От него до Грозного всего шестнадцать километров. Он похож на ваш поселок, но дома не деревянные, а каменные. Там течет речка Аргун, она мелкая, и по ней лес не сплавляют. – Салман улыбается. – Вот интересно: Березино – река Березина, Аргун – река Аргун. В нашем доме три комнаты, кухня и глубокий погреб. Окна большие, и в комнатах светло. Мама повесила на стены ковры и пол застелила коврами. Я люблю сидеть в кухне и смотреть, как мама готовит еду. У нее много алюминиевых кастрюль, они блестят, и по кухне бегают солнечные зайчики. Зайти в дом можно с главного крыльца, напротив ворот, и сбоку, тогда сразу попадаешь в кухню. Двор большой, есть еще маленький домик на две комнаты, в нем живут две старшие сестрички, я их очень люблю, особенно Зарган, она старше меня на два года. Всего у меня четыре сестры, две уже замужем, у них есть дети. Их мама, первая жена отца, умерла, когда меня еще на свете не было. У нас есть сад, виноградник и красивая старенькая груша. Наш сад небольшой, но красивый, есть коровник и сеновал, все как здесь…