– Улица Светлая.
– Вот на остановке «Светлая» и выйдете.
Через сорок минут она вышла из автобуса.
– Ваша улица на другой стороне! – донесся ей вслед женский голос.
– Спасибо, – ответила Галка и поставила сумку на землю.
Автобус выпустил теплые клубы дыма, окутавшие продрогшую Галку, и она осталась одна на обочине темной безлюдной дороги с длинными заборами по обе стороны. Откуда-то донеслась мелодия программы «Время», и Галка приободрилась. Ромка чмокнул губками.
– Сыночка мой маленький, – она прижалась носом к его шапочке, – вот мы и приехали.
Вертя головой по сторонам, она быстро перебежала на другую сторону дороги.
– Вот, – сказала она, прочтя на угловом доме название улицы, – улица Светлая, нам нужен номер двадцать четыре. Это номер два, значит, наш дом впереди… справа.
Улица отличалась от любой знакомой ей сельской улицы – по обе стороны тянулись высокие, метра два, а то и больше, глухие заборы без единой щели. Если бы не фонари, черта с два она нашла бы дом Салмана. И еще ручей, он должен быть перед домом, Салман рассказывал об этом ручье, о том, как мальчишки после дождя пускают по нему кораблики. А перед его воротами ручей накрыт двумя железобетонными плитами.
Вот плиты, под ними ручей, голубые металлические ворота. Справа, впритык к воротам, стена низкого домика с двумя маленькими окнами, дальше гаражные ворота. Галя бросила сумки на плиты и постучала в калитку. Где-то далеко залаяла собака, рядом замычала корова. Лязгнул засов, скрипнула дверь. По телу пробежала дрожь, сильно забилось сердце, вот-вот выскочит.
Женский голос что-то спросил на чеченском.
– Это дом Бисаевых?
– А что надо?
– Я Галя, жена Салмана, я приехала с сыном, с Ромкой, – Галя вся обратилась в слух.
Дверь захлопнулась. Собака уже не лаяла, только корова надрывно мычала. Желудок сдавило, хотелось в туалет. Лучше провалиться сквозь землю. Нет, лучше прямо сейчас вернуться домой, но у нее нет дома. У нее ничего нет, кроме сына и кучи проблем. Снова лязг, скрип, кто-то идет к калитке. Поворот ключа. На нее настороженно смотрит невысокая худенькая девушка в платке, повязанном вокруг головы, и длинном байковом халате.
– Добрый вечер, – от нервного напряжения Галю бьет озноб, но она изо всех сил старается говорить спокойно.
– Добрый вечер, – голос девушки низкий, немного скрипучий.
– Это дом Бисаевых?
– Да.
– Салман дома? – Галя заискивающе улыбается.
Девушка смотрит на Ромку, ее руки спрятаны в карманы халата. За ее спиной заасфальтированный двор, длинный белый дом с большими окнами и невысоким полукруглым крыльцом. В трех окнах, тех, что в поле зрения Галки, горит свет. Слева виден угол еще одного дома.
– Салмана нет, он давно уехал.
– Куда? – Снова дрожь по телу, от затылка к копчику.
– Не знаю, – голос девушки немного дрожит.
– А вы… – Галя прищуривается. Да, она видела ее на фото. – Вы Зарган? Вы сестра Салмана, да? – Она заглядывает девушке в глаза. – Салман рассказывал мне о вас, что вы большие друзья. Это ваш племянник. – Она широко улыбается и поворачивает Ромку лицом к девушке.
Брови девушки на мгновение взлетают, но тут же возвращаются на место. К калитке подходит другая женщина, повыше и немного старше, с очень красивым лицом.
– Люба? – Галя улыбается.
– Здравствуйте, – говорит Люба и на своем языке обращается к Зарган.
Они обе пятятся.
– Подождите, – Галя протягивает к ним руку, – не уходите!
Калитка захлопывается. Поворот ключа. Галя растерянно смотрит на калитку:
– Послушайте… Пожалуйста, не уходите! Скажите, где Салман? Что с ним?
Ответа нет, только быстрые шаги по асфальту.
– Какого черта вы уходите?! Скажите, где мой муж?! Салман! – орет она на всю улицу. – Здесь твой сын! Слышишь? Он хочет тебя видеть!
Она кричала и бегала вдоль ворот, вдоль забора. От бессилия и злости лупила кулаком и ногами по воротам. Ромка расплакался не по-детски горько. Захлопали калитки, на улицу вышли несколько любопытных. Стоят и смотрят. Молчат. Собаки уже охрипли. Только из дома номер двадцать четыре никто не вышел, там тихо.
Снова лязг. Скрип. Галя прислушивается. Она вся там, за воротами. Знакомый женский голос кричит по-чеченски.
– Тетя Яха, это вы? – Галя прильнула глазом к тоненькой щели в воротах, в которую ничего не видно. – Тетя Яха, это Галя, откройте! Я здесь с вашим внуком.
Женщина снова кричит по-чеченски.
– Успокойтесь, – голос за спиной.
Галя оборачивается и видит женщину с кривым шрамом от подбородка до уха.