– И что?
– Муж прогнал ее. К нам будут еще приходить цыгане? – Бровки поднялись.
– А вы соседей расспросите.
– Зачем?
– Может, до меня в вашей квартире жила Галя, которая дружила с цыганами.
– Этого еще не хватало!
– Цыганка была старая?
– Нет, молодая, а что?
– Да ничего…
Галя усмехнулась: может, это бабушка Лейла присылала гонца, чтобы исправить предсказание? С мужем-красавцем она угадала, а вот с вечной любовью промахнулась.
– Знаете, мне тоже недавно был странный звонок, – сухо произнесла Галя. – Вас разыскивал мужчина.
– Меня?! – Женщина напустила на себя важность. – Этого не может быть.
– Может – не может, но звонок был, с полгода назад, поздно вечером. Снимаю трубку и слышу: «Здравствуй. Не узнаешь?»
– Нет, это не мне звонили, я женщина замужняя…
– Я так и сказала – я замужем, а в такое время вообще неприлично звонить.
– Правильно сделали. А вы разве замужем? – Подбородок вверх, в голосе превосходство.
– Нет, но я решила так ответить, чтоб наверняка. Извините, моя очередь…
Галя получила деньги и вышла на улицу.
На сердце снова тяжесть, как в тот вечер, полгода назад. «Неприлично звонить в такое время замужней женщине». Дальше она понесла такую околесицу, что там положили трубку. А если это был он? Он слушал ее и не перебивал. Просто слушал. Почему он не перебил ее, не закричал?! Салман не умел кричать. Он не умел злиться, не умел долго держать обиду – вспыхнет на доли секунды, где-то внутри себя, и тут же отходит. А может, это был вовсе не он? Эта мысль успокаивала.
Но все равно, чем спокойнее становилась жизнь, тем чаще напоминало о себе прошлое. Чем больше она облагораживала квартиру, тем менее уютной она становилась. Она меняла шторы, обои, ковры, мебель, лампы, люстры, тратя на это массу времени и энергии: старое продать, новое купить, но и с новыми вещами уют не появлялся. Она стала продавать вещи и вместо них ничего не приобретала. Убрала ненужные безделушки, предназначенные для того, чтобы всего лишь радовать глаз, в кухне сочла лишними всякие пестрые солонки, сахарницы и пластмассовые фрукты. Она добилась того, что ее дом окончательно потерял уют, и она все с меньшей радостью возвращалась в него, все реже замечала стены, мебель, шторы, ковры. Это всего лишь предметы, которые окружают и ничего не дают сердцу. А что ему нужно, сердцу? Всего лишь нежность, доброта, понимание, что оно кому-то нужно. Сердце устало ждать это «всего лишь» и окаменело.
Чем она жила? Работой.
Так прошло много лет, а ей казалось, что проходят не годы, не месяцы, а дни. Ромка поступил в строительный институт – он еще маленьким все время строил домики из кубиков, из песка. Однажды летом поехал к Марковне и с удовольствием помогал ей строить дачу.
– Он кирпич кладет, как заправский каменщик! – кричала Марковна в телефонную трубку.
Ромка окончил институт и захотел жить отдельно. Чтобы купить квартиру, уже не нужно было давать взятки, а просто прийти в банк и оформить кредит.
Рома переехал. Она осталась одна. Ей было хуже, чем когда она шла из роддома.
Или она драматизирует, как однажды сказал Хасан?
В Ростове приземлились минута в минуту. Галя и Рома схватили вещи и, толкаясь, извиняясь и повторяя, что им надо успеть на посадку, как можно быстрее покинули самолет. В кассовый зал они вбежали за сорок минут до окончания посадки на самолет авиалиний Дагестана.
– Вон там касса брони! – крикнул Ромка и побежал вперед.
У окошка стояли двое.
– Мама, мы можем опоздать. – Рома смотрел то на свои часы, то на электронное табло на стене.
Диктор все чаще объявляла: «Заканчивается посадка на рейс сообщением Ростов – Махачкала…»
– Пожалуйста, – Ромка выбрал момент и сунулся в окошко, – у нас бронь на Махачкалу, посадка заканчивается!
– Так что ж вы стоите? – удивился кассир. – Сейчас отпущу!
– У меня тоже бронь! – Тетка впереди попыталась оттеснить Рому плечом.
– На Махачкалу? – спросил кассир.
– Нет.
– Тогда подождите.
Рома вынул из кошелька деньги. Наконец кассир освободился:
– Паспорт!
Ромка протянул два паспорта, и в это мгновение к кассе подлетел мужчина в серой фетровой шляпе:
– Два билета до Махачкалы! Срочно! Мы на похороны! Вот телеграмма, – и сунул телеграмму в кассу.
За ним подтянулась пожилая женщина в черном и локтем оттолкнула Рому от кассы. Все произошло так быстро, что Галка не нашлась что сказать.
– На этот рейс нет билетов, все распродано, – ответил кассир, – идите к начальнику.