Хасан приблизился к ней:
– Ты уверена?
– Да.
Он посмотрел на часы:
– Надо спешить, в темноте ехать опасно.
– Да, конечно. – Она закивала головой, прижимая платок к губам. – Извини, я… я просто не понимаю, что происходит. – К горлу подступал комок. – Я не понимаю и не верю. Не могу поверить, – сдавленно прохрипела она.
– Ты должна поверить, должна смириться и принять это как данность.
Галю от негодования накрыла волна злости.
– Принять как данность?! – вне себя закричала она. – Ни за что! Знаешь, Хасан, я ничего в этой жизни не принимаю как данность, я борюсь до последнего, чего бы мне это ни стоило! Как данность! – с издевкой произнесла она и яростно затрясла головой. – Не-ет! – прошипела она. – Это у вас джинны, молитвы, на все воля Аллаха! К черту все это! Салман меня ждет, он живет встречей со мной, значит, он будет жить! Он любит меня, иначе не ждал бы! Я завтра же увезу его от всех вас – и не спрошу! Никого не спрошу, ни родителей, ни жену! Вы нас не спрашивали, когда разлучали! – В ее глазах сверкала решимость, ее спина распрямилась, она высоко подняла голову. – Не смотри на меня так, будто я сумасшедшая! – крикнула она Хасану в лицо.
Черты лица Хасана в считаные секунды заострились, глаза потемнели, он глотнул и медленно, четко выговаривая слова, произнес:
– Галя, Салман знал, что ты так отреагируешь, поэтому просил передать тебе, что не боится смерти. Он боится одного – уйти, не увидев тебя и сына. Он так и сказал мне: «Для меня самое большое счастье провести с ними последние дни».
Галя открыла рот, чтобы возразить, но Хасан жестом попросил ее помолчать.
– Не затыкай мне рот! – запротестовала она, прижав руки к груди, чтобы сдержать рыдания.
– Как он может мириться с болезнью?! – Ее охватил ужас. – Как он может просить меня об этом? Нет, я не согласна, я буду бороться! Я завтра же увезу его!
Закололи кончики пальцев, затряслись колени. Язык перестал ей подчиняться, и все тело охватывало медленное оцепенение. Оно началось внизу, под коленями, и ползло вверх, овладевая не только телом, но и душой. Дышать становилось все труднее. Земля ушла из-под ног, теплый асфальт ударил по плечу и по голове…
– Мама! – слышит она как сквозь толщу воды.
Над ней лицо Ромки, он хватает ее под мышки. Еще чьи-то руки – это Хасан. Галю усаживают на край багажника. Подходит незнакомый мужчина, внимательно смотрит на нее и поворачивается к Хасану. Они говорят по-чеченски. Мужчина берет ее руку, считает пульс.
– Я врач, – говорит он. – Что у вас болит?
Галя отвечает не сразу, она думает. У нее болит плечо и голова, но это из-за падения.
– Мой муж умирает, – отвечает она.
Врач понятливо кивает головой и лезет в карман рубашки.
– Я дам вам успокоительное. – Он надрывает фольгу на блистере. – Дайте руку.
На ладонь падает двухцветная капсула. Кто-то протягивает бутылочку с водой – это Рамзан.
– Выпейте, вам станет легче, – говорит врач, отламывает от блистера две капсулы и протягивает Гале. – Это на завтра: на утро и на вечер.
– Спасибо. – Галя сжимает лекарство в руке.
– Вы знаете, что такое инсульт? – спрашивает врач.
– Знаю, – кивает Галя.
– Советую вам так сильно не нервничать, иначе все закончится инсультом.
Солнце уже спряталось за горизонт, но все еще стояла нестерпимая духота. Рамзан завел двигатель и включил кондиционер.
– Так прохладнее? – Он посмотрел на Галю.
– Да, спасибо.
– Скажете, если будет холодно. – Он растянул губы в сочувственной улыбке.
– Рома, внизу стоит пакет? – спросил Хасан.
– Да, тут есть белый пакет.
– В нем яблоки, виноград, хлеб с сыром. Ешьте, это вам.
– Спасибо, – Рома заглянул в пакет. – Мама, ты как? Будешь кушать?
– Нет, спасибо.
– А я голодный.
Несколько минут они ехали в молчании по дороге, усеянной ямами и кочками, в плотном и довольно интенсивном потоке машин.
– Ну, как ты? – Лицо Хасана появилось в проеме между сиденьями.
– Спасибо, лучше, – ответила Галя. – Скажи, – она вращала в руках пустую бутылочку, – он давно болеет?
– Больше четырех лет.
– Он лечился?
– Да, три раза ездил в Москву, лежал в больнице еще до начала второй войны.
– Господи, – простонала Галя, – за что ему такая болезнь? Как это случилось? Почему он заболел?
– Пять лет назад он попал в аварию, и во время операции внесли инфекцию, так нам сказали. Но очень плохо ему стало в феврале этого года.