- С дороги! – рыкнул он, отпихивая меня в сторону.
Я пошатнулась, и если бы не Ксюша, то точно рухнула бы на пол. Да что ж такое-то?!
- Эй! Полегче! – сказала я, глядя в широкую спину, удаляющегося грубияна.
(Ковалевский)
Тот, сделав еще один шаг, резко остановился, затем медленно повернул голову и бросил на меня такой взгляд, от которого по моей спине пробежал неприятный холодок. Я почувствовала, как Ксюшина рука с силой вцепилась в мой локоть, а следом услышала ее тихое: «Лика, не надо!». Парень, бросив напоследок полный откровенной брезгливости взгляд, поморщился и пошел дальше.
- Ковалевский! А ну вернись! Я еще не закончил! – крикнул вдогонку этому нахалу, молодой мужчина, вышедший из того же кабинета.
- Зато я закончил, Владимир Маркович! – бросил наглец, даже не удосужившись обернуться.
- Как же вы мне надоели, сынки богатеньких папаш! – проворчал, по всей видимости, мой куратор, глядя вслед хамоватому студенту.
Покачав головой, профессор повернулся и, наконец, заметив нас, нахмурился и негромко произнес:
- Книжник? Что-то срочное?
- Владимир Маркович, это вот наша новая студентка, - пробормотала Ксюша, выставляя меня вперед и легонько подталкивая.
- Ах, да! Совсем забыл, - пробормотал профессор, снимая очки и потирая переносицу, - ну что ж, пройдемте. Книжник, останься здесь!
Ксюша кивнула профессору, затем показав мне большой палец, плюхнулась на ближайший приземистый диванчик.
- Присаживайся, - сказал Владимир Маркович, указывая мне на кресло, стоящее неподалеку от его стола, - ты пришла к нам в середине учебного года, но, просмотрев все твои документы, я думаю, что ты, в принципе, ничего катастрофичного не упустила. Программа у нас схожая с тем университетом, в котором ты училась ранее. Так что, наверстаешь. Группа у вас не большая всего 20 человек. Но студенты разные, каждый со своим характером, - буркнул профессор, глядя на закрытую дверь, - освоишься. Ну, что еще?! Ах да, всю нужную литературу возьмешь в библиотеке, ключи от комнаты выдаст комендант, расписание спроси у старосты, либо посмотри, оно должно быть в вашей комнате. Кажется все. Ну, - сказал куратор, вставая, - добро пожаловать! По любым вопросам обращайся, не стесняйся!
- Спасибо, Владимир Маркович! До свидания!
Выйдя из кабинета, я обнаружила Ксюшу, сидящую на диване и с кем-то болтающую по телефону. Увидев меня, она тут же вскочила, прерывая разговор.
- Ну, ты даешь подруга! – проговорила она, хватая меня за руку и уводя подальше от кабинета, - ты хоть знаешь, кто это был?
- Как кто? Куратор наш! – бросила я, пытаясь подстроиться под широкий шаг Ксюши.
- Тьфу ты, какой куратор-то?! Я про Ковалевского говорю! Ты даже не представляешь кто он! - ее голос в конце сорвался, и в итоге она перешла на шепот.
- Почему же не представляю?! Представляю! Он хам, грубиян и наглый тип!
- Ой, Лик! Ты только ему это не вздумай сказать! И вообще, с ним и его свитой, лучше вообще не связываться! Целее будешь!
- Ну, прям местный Дон Корлеоне, - буркнула я, затем поймав обеспокоенный взгляд соседки, добавила, - ладно! Не связываться, так не связываться!
Я физически ощутила, как тело Ксюши тут же расслабилось. Она сразу защебетала и принялась рассказывать об Академии, и профессорах, которые будут у нас преподавать.
Глава 2.
За правду — ненависть нам плата.
Никогда еще мне так не хотелось запульнуть свой телефон куда-нибудь подальше, как сейчас. Оглушительная трель, стоящая сигналом на моем будильнике, ошарашила меня и мою соседку. Заспанная Ксюха подскочила, и судорожно начала впихивать ноги в сопротивляющиеся ей тапки. Выключив, наконец, злосчастный будильник, я протерла глаза и уставилась на сонную соседку, которая плюнула на один особо настырный тапок, и поплелась в ванную, шлепая босой ногой.
- Ты лишаешься права пойти в душ первой, потому что у тебя не будильник, а истеричка! – сонно проскрипела Ксюха, закрываясь в ванной.