–– Я так решил. И я должен найти убийцу папы. И я не успокоюсь, пока он не сядет за решетку.
Когда после окончания учебы он пришел работать в местное отделение милиции, никто не удивился.
–– Ну кем ещё мог стать Мишин сын? – говорили у него на работе.
–– Почему закрыли дело об убийстве моего отца? – спросил он в первые дни.
–– Ты пришел работать сюда для того, чтобы найти убийцу и вообще искоренить всё зло в округ?
–– И за тем, и за этим.
То, что дело закрыли очень быстро, показалось ему странным. Оно было сдано в архив, но для сына это не было большой проблемой.
В первые дни, помимо основных обязанностей, он всё время искал данные о службе отца и возможных врагах. Хотя во враги ему можно было записать всех преступников Валдая, потому что он был очень честный и принципиальный. Вскоре начальству это надоело, и его попросили не ворошить старых дел.
–– Этот Бородин очень настырный. – говорили в отделении. – Многое, куда он суёт свой нос, ему вообще знать не положено.
Нежелание искать виновника убийства милиционера очень удивило Севу.
–– Как-то странно они себя ведут, – сказал он сам себе однажды, – и это вызывает подозрение.
Он бы хотел и дальше заниматься поисками, но ему не давали этого делать. Однако Сева продолжал, и однажды, просматривая какое-то дело в архиве, заметил, что в нём не хватает нескольких страниц.
–– Странно, я ведь только неделю назад его изучал, и все листы были на месте.
Он расспросил об этом работника архива.
–– Я не знаю. – был ответ. – Возможно, вы ошибаетесь. С этими папками в последнее время никто, кроме вас, не работал. Поищите у себя в кармане.
–– Что?! Вы хотите сказать, что я вор?!
–– Я ничего не хочу сказать. Никто этих дел не трогал. Да и зачем они вам, если они уже давно все закрыты?
–– Я ищу убийцу моего отца.
–– Но почему у вас так много подозреваемых? Вон вы сколько дел переворошили. А они, между прочим, никак не связаны друг с другом. Чем таким занимался ваш отец, что был связан со всеми этими людьми?
–– Мой отец работал в милиции.
–– Бородин… – задумчиво произнесла женщина. – Дядя Миша? Это ваш отец?
–– Да.
–– Хороший был человек. А разве убийцу не нашли?
–– Нет. Дело почему-то закрыли и сдали в архив, но именно его я не могу здесь найти.
–– Эти дела не для общего пользования и доступ к ним ограничен. Так любой может прийти и потребовать все дела из архива. А во многих из этих дел содержится конфиденциальная информация.
–– Значит, я его не увижу.
–– Хорошо, я сделаю для вас исключение.
Просмотрев дело, Сева узнал о свидетеле, который вначале четко сказал: «Я видел убийцу и могу его опознать», но потом вдруг заявил: «Я плохо его разглядел, туман был».
Сева нашел этого свидетеля, предъявил ему несколько фотографий, но услышал тот же ответ. Да к тому же мужчина заявил:
–– Зачем вы ворошите старое дело? Или его снова открыли?
–– Нет, его не возобновляли.
–– Тогда непонятно, что вы от меня хотите и зачем ищите убийц совершенно постороннего для вас человека?
–– Это мой отец для меня посторонний?! – взорвался Сева.
–– Так вы сын нашего бывшего участкового? К сожалению, ничем не могу помочь.
В детстве Сева иногда бывал у отца на работе и знал все закоулки этого отделения. Однажды, не желая встречаться с одной посетительницей, он залез в один из таких уголков. Сидя там, он услышал странный разговор, доносящийся из кабинета начальника. Он ничего не понял, но когда собирался вылезать, недалеко зазвонил телефон.
Когда делали ремонт в отделении, кто-то случайно запараллелил его с другим аппаратом, находящимся в кабинете начальника, но переделывать никто ничего не стал.
Сева снял трубку, чтобы ответить, но параллельную уже взяли. Он хотел положить её, но не успел, как до него донеслись страшные слова:
–– Что это у тебя там за мент в архиве копается? Зачем ему столько давно закрытых дел?
–– Да это совсем молодой пацан. Что-то, связанное с его отцом, ищет.
–– Как его фамилия?
–– Бородин.
–– Что?! Это сын Михаила Бородина? Кто его вообще в милицию пустил?! Уволить немедленно!
–– Но у меня нет оснований.
–– Тогда переведи его в другое отделение. Не хватало ещё, чтобы он правду узнал.
–– Но единственный свидетель того происшествие отказался давать показания. Видно, он очень испугался. И правильно сделал, что замолчал. А больше свидетелей того, что вы убили Бородина, нет.
–– Ты идиот такие слова по телефону говорить!!! А вдруг нас прослушивают?! И вообще, у всех стен есть уши!
Сева похолодел. Сначала он не узнал говорившего, но когда до его слуха донеслись слова: «…вы убили Бородина», то всё вспомнил и ужаснулся.
–– Начальник ГУВД. – прошептал он еле слышно. – Вот мерзавец! Видно, у вас рыльце в пушку, раз вам помешал такой честный человек, как мой отец. Ну ничего, вы мне ещё за всё ответите! И я не успокоюсь, пока не засажу вас.
Теперь всё встало на свои места – и пропадающие листы де, которые якобы никто не брал, и очень быстрое закрытие дела об убийстве участкового.
–– Убийцу-то никто и не искал. – горько усмехнулся Сева. – Хотя они могли представить в виде подозреваемого какого-нибудь мужика. Его бы осудили, а я бы думал, что это и есть убийца. Они совершили ошибку, не доведя это дело до конца.
Между тем телефонный разговор продолжался.
–– Ты переведи его куда-нибудь. Новгородская область – она большая. Но лучше – подальше от Валдая.
–– Будет исполнено.
–– В область вы меня хотите перевести, товарищ полковник? – говорил Сева в пустоту. – Ну и что? Это даже лучше. Теперь мне не надо искать неопределённого убийцу – преступник налицо. Теперь бы собрать улики против вас, товарищ начальник. Если ж вы меня переведёте, то там никто за мной следить не будет и я спокойно могу продолжить дело. Вы этим переводом только руки мне развязали.
Сева начал работать в области. Зарплата у милиционеров маленькая, снимать комнату по месту работы – дорого, а дорога – бесплатная, поэтому он каждый день ездил из Валдая в область и обратно.
–– Сева, – сказала ему однажды мать, – я же не вижу тебя совсем. Утром, когда ты уходишь, я ещё сплю. И возвращаешься ты поздно ночью, а то и по двое суток не приезжаешь. Попросил бы ты, чтобы тебя куда-нибудь поближе перевели.
–– Куда поближе-то? Сюда, в Валдай? Нет, мне не позволят здесь работать.
–– Почему?
–– Я не могу тебе всего объяснить, потому что сам половины не знаю.
В Валдае он проработал не более полугода, а в области – почти три с половиной, когда участковый, который работал на месте его отца, объявил, что уходит на пенсию. Да его и перевели-то на эту должность, чтобы он досидел на ней до пенсии.
–– Может, вернуть нам Бородина из ссылки? – предложил начальнику ГУВД его заместитель.
–– Опять начнёт копать.
–– Не начнёт. Посадив его на должность участкового, вы закроете ему доступ в архив.
Когда Севе сообщили об этом, он очень удивился.
–– Надо же – домой возвращают! Участковым? На место отца! Да, папа, я буду нести эту службу так же, как ты. Но, надеюсь, до старости-то я доживу. Почему тебя убили? Наверно, ты что-то знал о грязных делах нашего начальника. Теперь я тоже об этом знаю, но они об этом не догадываются.
Сослуживцы в области, узнав о его переводе, только усмехнулись:
–– Да что это за должность – участковый? До старости на одном месте будешь, и никакого продвижения по службе.
–– За то хоть дома, – ответил он им, – и не надо мотаться сюда по два часа в один конец.
Сева очень правильно сделал, что решил во время отпуска перед переводом зайти к старому участковому и разузнать, какие дела в округе.
Услышав, что Лёшку Копылова обвиняют в покушении на убийство, он сразу не поверил в его виновность. А когда ему сказали, что дело взял под свой контроль начальник ГУВД, у Бородина сразу же возник план. Если не получается найти против него улики, надо будет просто вставлять ему палки в колёса, чтобы этому начальнику жизнь мёдом не казалась.