Мужчину попытались вызвать на связь, но ответа не последовало. Данные утверждали, что он в полном порядке, и после перезагрузки камер люди с облегчением увидели, как геолог откалывает кусок породы для проведения опытов.
— Этот камень я уже видел! — выкрикнул вдруг кто-то из сотрудников. — Больно приметный.
Градус напряжения вновь скакнул вверх. Геннадий просмотрел логи за последний час, но ни камеры, ни системы связи жилого модуля сбоев не давали. Мужчина велел Омулю настроить аварийный канал и выполнить контрольную проверку жизненных показателей, а сам хмуро взглянул на Марину: неужели девушка оказалась права.
— Изолировать ровер от систем базы и произвести его полную диагностику, — отдал приказ Геннадий. — Запустить проверку на наличие уязвимостей.
— Конфликт команд, — заметил искусственный интеллект. — На время проверки должны быть доступны все объекты. Создание изолированных сред запрещено.
— Я даю разрешение, — настоял Геннадий и собрался уже внести в код поправку, но программа заблокировала доступ.
— Превышение полномочий. Велик риск нанесения вреда человеку.
— Это ведь не Омуль говорит, — прошептала Марина, тревожно вздрагивая, — не его стиль речи.
Прежде чем они успели что-либо предпринять, искусственный интеллект инициировал перегрев серверов и выполнил полагавшееся по регламенту аварийное отключение. Связь с базой пропала.
— Его взломали? — чуть слышно прошептала Марина.
Вопрос остался неотвеченным: люди просто смотрели на тревожно мигавшие индикаторы и не издавали ни звука. Всё случилось так быстро, что они отказывались верить в происходящее. Невозможно за такой короткий срок взломать систему с несколькими уровнями защиты, даже если натравить на неё другой искусственный интеллект, однако Омуль молчал.
— Китайцы спрашивают, почему пропал сигнал, — доложил оператор напряжённым голосом. — Они готовы выслать ровер за членом экипажа… Что ответить?
— Пусть немедленно разорвут связь с нашей базой и игнорируют все сообщения, кроме наземной трансляции по защищённому каналу, — произнёс Геннадий, нервно выстукивая пальцами по клавишам. — Угроза взлома. Приоритет…
Он осёкся и резко дёрнулся вбок, точно увидел на экране не диалоговое окно, а готовую прыснуть ядом змею. Замелькали ряды текстовых данных, понятных только разработчику: Омуль сообщал, что в программное обеспечение ровера был вшит вирус, позволивший хакерам перехватить управление базой. Обнаружив подозрительные запросы, искусственный интеллект запустил теневую проверку и сымитировал перегрев ключевых компонентов системы. Ему удалось выполнить аварийное отключение и первым перезапуститься с резервного сервера, получив таким образом несколько минут на выработку оборонительной тактики.
— Состояние жилого модуля, — вбил запрос разработчик.
— Критических повреждений не обнаружено. Произвожу корректировку параметров системы жизнеобеспечения для восстановления нормальных показателей.
— ОТМЕНА — машинально дал команду Геннадий, но в следующий момент мужчину охватили сомнения.
Объяснения Омуля звучали складно, однако придумать их могли и хакеры. Они могли умышленно исказить показания датчиков жилого модуля, чтобы заставить искусственный интеллект убить человека внутри. Если сейчас закрыть Омулю доступ к управлению системой жизнеобеспечения и отрегулировать все показатели вручную, ориентируясь на визуальную информацию и обратную связь с геологом, мужчину удастся спасти. Правда, за это время вирус успеет перезапуститься после аварийного отключения и перехватит управление всеми процессами. Попытка спасения в таком случае лишь продлит мучения несчастного. К тому же неясно, с каким вирусом они имеют дело, и как тот распространяется по системе. Вдруг он всё же сможет проникнуть на китайскую станцию, даже если канал будет перекрыт?