Вирус произвёл перехват управления системными командами. Доступ к серверу заблокирован.
Противник обнаружил, что всё это время был заперт в изолированной среде и предпринял попытки её прорвать. Китайцам пришлось перейти в оборону, потому как в отсутствие Омуля его сервера защищала их система. Подобное слияние искусственных интеллектов могло дорого обойтись Поднебесной, но коллеги дали слово сражаться до конца, ведь в случае падения российской системы они станут следующей жертвой хакеров, и те будут уже гораздо сильнее.
— Центр кибербезопасности Венгрии дал своё согласие на блокировку полученных от нас IP-адресов, — доложил сотрудник, входя в зал. — Власти Гватемалы также согласились произвести обыск по указанным координатам. Если там действительно окажется прокси-сервер, они его отключат.
— Такого врага победить можно только сообща, — прошептал Геннадий, лихорадочно соображая, как можно вернуть союзникам превосходство на поле боя. — Только бы они поторопились.
Разработчик вспомнил об этических ограничениях: если отключить их, искусственный интеллект сможет действовать столь же агрессивно, как и враг. Правда, заражённая вирусом часть системы тоже получит это преимущество и станет в таком случае серьёзной угрозой для китайской программы. Геннадий поделился своей идеей с коллегой. По его мнению, в текущей ситуации остановить вирус можно только получив над ним контроль изнутри, но, если Омуль не справится, Россия потеряет и базу, и искусственный интеллект.
— Ты прав, — согласился Сергей, — взлом их системы — действительно лучший выход. И в той же степени рискованный. Даже странно, что ты, а не я предложил этот вариант.
Геннадий обернулся к руководству и спросил, дают ли они своё согласие. Счёт идёт на минуты — принимать решение нужно сейчас.
— Каков процент успеха? — спросил офицер безопасности, напряжённо хмурясь. — Мы не развяжем военный конфликт?
— Маловероятно, — качнул головой Геннадий. — Взломать военную технику для совершения теракта они могут и без нашей помощи.
— Международный совет по кибербезопасности не одобрит ваши действия, — заметил приглашённый специалист. — После снятия этических ограничений Омуль станет неуправляемым.
— Если их не снять, хакеры вскоре получат доступ к нашей главной разработке, а через неё и ко всему, что функционирует на основе кода Омуля, — отстаивал своё решение Геннадий.
— Вы можете стереть текущую версию и загрузить «чистую» копию, — не согласился оппонент. — Мы узнали достаточно, чтобы попытаться перехватить хакеров. Мировое сообщество…
— Эта «версия», — передразнил руководитель лунной программы гневным голосом, — находится в ведении Роскосмоса! Обрывайте связь к чертям и возвращайте сервер на Землю!
— Эта битва не только наша, — вклинился в спор Сергей. — Спросите представителей международного совета, готовы они взять на себя ответственность за последующие атаки на разработки других компаний? Или за наши сейсмодатчики, установленные по всему миру? Готовы они к отработке сотен ложных срабатываний, если хакеры взломают это оборудование?
— Ответственность за эти действия будет лежать на России, — качнул головой специалист.
— Именно! — воскликнул Сергей. — Мы перекладываем эту ответственность друг на друга вместо того, чтобы действовать сообща! Это наша главная уязвимость, и хакеры ей пользуются! Если бы члены совета одобрили DoS-атаку на сервера, которые нам удалось обнаружить, враг бы уже пал!
— Эта информация не подтверждена, значит, велик риск нанести вред гражданским объектам… — сотрудник замялся, — но я сообщу вашу мысль. Она будет рассмотрена.
Сергей сокрушённо отметил, что на согласование уйдёт слишком много времени. Находящийся с ним в комнате военный перехватил взгляд мужчины и сочувственно качнул головой: тяжело это признавать, но иногда не остаётся иного выхода, кроме как сдаться. В этот момент Сергея осенило. Он вспомнил об Анне и понял, что таких как она в России десятки тысяч, и, если нельзя получить помощь от правительства, нужно просить её у народа. Даже простенькая атака хакера новичка отнимет у противника ресурсы и время на её устранение, если же таких добровольцев наберётся достаточно много…