— Э, мужики! — повторил он. — Подождите. Пойдите-ка сюда, — призывно загреб он рукою воздух к своей груди. — Садитесь, мужики, — последовало любезное приглашение, когда мы приблизились.
Мы уселись за их столик.
— Пивка не хотите?
— Нет, нет, — отказались мы с Женькой.
— Откуда сами? — начал разговор пригласивший нас парень.
— Из Узорова, — ответил я.
— Дачники?
— Он дачник, я местный, — вмешался Женька.
— Что-то я тебя не знаю, — удивился парень.
— А я тебя знаю, — убежденно сказал Женька, — тебя Виктором звать.
— Точно, — опять удивился парень. — Откуда знаешь?
— Говорю же — местный. И здесь на пляже видел, и в Узорове, вы к Семе приезжали.
— К афганцу, что ль?
— Ну.
— А вас как кличут? — Парень взял из лежавшей на столе пачки «Мальборо» сигарету, закурил и выпустил облако табачного дыма, которое на мгновение зависло над столом, немного затуманив его лицо.
Мы представились. Назвал свое имя и дуремароподобный приятель Козинова. Оказалось, что он — Виталик. Разговор клеился, Женька и ребята из «Лесного городка» стали вспоминать общих знакомых и события прошлого, которым были когда-то свидетелями. В общем, пустой треп, но очень удобный, чтобы поддерживать беседу и пробуждать доверие друг к другу. Я в разговоре почти не участвовал. Зато Женька не уставал, это от него и требовалось. Знакомство завязалось, беседа продолжалась, но Тамерлан неожиданно возопил громким голосом.
— Чего это он? — спросил Виталик.
— Гулять хочет, надоело сидеть на привязи.
— Так отвяжи, — посоветовал Виктор.
— Ну да, — усомнился я, — отвяжешь его, тут такой хай поднимется. Он же на месте сидеть не будет, а булей народ побаивается. Наговорили про них — бойцовая порода, киллеры и так далее.
Виктор молчал, только по-прежнему курил, выпуская облака дыма и разглядывая нас через мутную завесу. Зато вмешался Виталик:
— А что, твой пес дерется?
— Не, — честно отвечал я, — он миролюбивый и молодой еще — полтора года. Так, иногда, когда другие прижмут, тогда защищается.
Виталик с Виктором переглянулись. Тут вдруг послышался шум шин по бездорожью, с характерным потрескиванием дробящихся под колесами веточек. Это завернул с асфальта к ресторанчику «ниссан», в котором вернулся Козинов. Вернулся он не один. Вместе с ним из салона вылез высокий парень в серой майке и джинсах, за собой он выволок на поводке здоровенную черную овчарку. Я как-то сразу понял, что это Алдан, и стал догадываться, что ребята затеяли. Мне стало не по себе. Так вот для чего Виктор с Виталиком пригласили нас за стол и продержали до возвращения Козинова. Дело складывалось не очень-то… Но Тамерлашку я решил не выдавать.
— О-о-о, у нас гости, — широко заулыбался Козинов, пока его новоприбывший приятель, видимо, вышеназванный Юрка, привязывал Алдана к металлической стойке на противоположном от Тамерлана краю ресторанчика.
— Знакомься, — указал на нас ладонью Виктор, — Женя и Саша из Узорова. Отличные ребята.
— Сергей, — представился Козинов, взяв пустующий стул от соседнего столика и усаживаясь рядом с нами, так как его место было уже занято Женькой. — А как зовут вашего третьего товарища?
— Какого? — не понял Женька.
— Тамерлан, — сразу догадался я, о ком речь.
— «И собирал он камни, и говорил с ними», — шутя, вспомнил Козинов слова из телевизионной рекламы, в которой великий хан Золотой Орды действительно разговаривал с камнями, символизировавшими его погибших воинов. — Для такого пса имя подходящее. А что, он у вас действительно великий воин? Кто из вас хозяин?
— Хозяин я. Пес пока молодой, вообще, порода бойцовая, но я его к боям не готовлю, пусть так живет, — сказал я.
— Ну и зря, мог бы хорошо заработать, — начал меня обрабатывать Козинов. — Знаешь, какие на боях деньги бывают?
— Слышал.
— Слышал — одно, а в руках держал?
— Ничего, у меня папа неплохо зарабатывает.
— Да-а? А кто у тебя папа?
— Э-э-э, бизнесмен, — немного смешался я, скрывая истинную профессию отца.
— Сейчас все бизнесмены, — притворно вздохнул Козинов. — Вот и я тоже. Раз он бизнесмен, значит, деловой человек, должен понимать выгоду. И ты, кстати, тоже, коли его сын. Так что, может, попробуем?
— Что? — не понял я.
— Твой Тамерлан, его Алдан, — Козинов кивнул на хозяина овчарки. — Пусть подерутся. Победителю сто долларов, — не давая мне возразить, поспешно добавил он.