— А чем Зин и мнется Сема, — спросил я тихонько Лыку, — кем работает?
— Да никем, он писатель, — улыбнулся Лыков. — Но вообще-то после Афгана он окончил какой-то институт, только работать по специальности не стал, сюда уехал. У него здесь когда-то предки жили. Вот Сема здесь и обосновался, и пишет. Одному скучно, он и возится с нами.
В это время на другом конце стола разговор опять пошел о кладах.
— Да где их здесь искать? — все еще горячился Витька. — Нет у нас здесь никаких старых домов, как в Семиной деревне детства. Все обжито, перепахано…
— Дело в том, — опять вмешался Сема, что вы просто не знаете, где живете.
— Как это не знаем, — полушутливо возмутился Игорь, — в Узорове.
— Ну, Про Узорово вы еще кое-что знаете, наверное, слышали и про Никольское.
Никольским называется дачный поселок по соседству, заселенный потомками первой советской интеллигенции, среди которых было немало действительно известных и достойных людей.
— А вот про Звенигород что вы сказать можете, или про Петрово-Дальнее, или про Ильинское, или про те же Горки? Чем все эти города да села примечательны?
— Ну, в Звенигороде Кремль есть, — уверенно сказал я, потому что был там недавно с родителями.
— Верно, — кивнул Сема.
— В Горках — конезавод, — поддержал меня Игорь.
— В Петрово-Дальнем какой-то научный институт есть, с медициной связанный, — заметила Наташка, у которой мама работала научным сотрудником.
Больше никто ничего не сказал.
— Маловато, — выждав некоторое время, заметил Сема. — Знали бы вы побольше об окрестностях вашего Узорова, глядишь, и сами догадались бы, где вам клад искать. Историю надо знать, историю родных мест. Ну вот взять, к примеру, хотя бы Ильи некое. Вы хоть знаете, кому оно принадлежало, кто в нем жил, какие исторические события связаны с этой усадьбой?
— А какие? — спросила Наташка.
— Очень даже интересные. — Сема отхлебнул чаю и откинулся в кресле. — Усадьба эта старая, а село Ильинское еще древнее, оно известно историкам с XVI века. Изначально село принадлежало Романовым, то есть, значит, предкам русских царей. Но я не думаю, чтобы они в те времена зарывали свои сокровища в землю подмосковной вотчины. Село у них было не одно, богатые были бояре. Им принадлежало и Ромашково, и Крылатское. А вот ближе к окончанию Смутного времени, как раз тогда, когда Романовы вступили на российский престол, нечто подобное могло случиться. Потому что это село захватил другой претендент на российский трои, польский королевич Владислав Жигмонтович. Проходили по истории Смутное время-то? Чем оно знаменито, знаете?
— Да уж проходили, — ответил за всех Игорь. — Остальные молчали, и было не ясно, знают ли они действительно что-нибудь про этот период русской истории с туманным и тревожным названием.
— Ну тогда вы должны знать, что грабеж в это время был нормой. Вся страна была разграблена, то поляками и литовцами, то казаками, то просто разбойниками. Царя не было. Воля казацкая. Вот тогда и мог кто-нибудь укрыть в Ильинском добро, или от грабежа, или, наоборот, награбленное.
После Смутного времени Романовы передали село Морозовым, а затем его получили Стрешневы, все это были бояре именитые, богатые, основатели знатнейших дворянских родов. Стрешневы владели Ильинским долго и очень много сделали там построек. В том числе они перестроили старую деревянную церковь Ильи Пророка, это с тех пор она стала каменной. Где-то к концу XVIII века имение в Ильинском получил граф Остерман, который приходился Стрешневу племянником. Это был очень богатый и влиятельный человек в Российском государстве, одно время он был даже государственным канцлером. Жил Остерман во времена дворцовых переворотов, когда царицы то и дело сменяли одна другую, а их ближайшие подданные зачастую отправлялись в тюрьму. Это было время тайных интриг и неожиданных поворотов фортуны, поэтому что-то могло быть спрятано в Ильинском и в те годы. Но Остерман держался очень стойко и попал в настоящую опалу лишь при Екатерине II. Детей у графа не было, и он усыновил внучатого племянника Александра Ивановича Толстого, который с тех пор стал графом Остерманом-Толстым, О, это была личность так личность. С детства, как и многие дворяне, он служил в гвардии, брал Измаил вместе с Суворовым и Кутузовым, воевал во всех войнах с Наполеоном, герой 1812 года, участник Бородинского сражения и многих других. Когда его полк сдерживал превосходящие силы французов и адьютант спросил, что делать, ведь полк гибнет, он получил ответ: «Стоять и умирать!» А в те времена генералы гибли вместе с солдатами на поле боя. В сражении под Кульмом, это в Чехии, ему оторвало руку, он привез ее с собой в Россию и похоронил в другом своем имении, в Красном, — родовом имении Толстых.