— Это же чай нам пить!
Но Лобстер был не подвержен укоризне. Он прокомментировал съеденное:
— Пирожное — говно! — и чтобы подчеркнуть свою значимость в лаборатории, он уперся в разверзнутые схемы, тупо глядел на них, а потом прокричал: — Разве это схема, это же говно!
На робкую просьбу общественницы:
— Не выражайтесь, здесь же девушки!
Он стал бить кулаком в осциллограф, вопя:
— Импульс, импульс давай!
Все знали, что это надолго. Но, к этому деянию относились с трепетом. Так как эта была единственная деятельность, которую производила вся лаборатория.
Все стали тихонечко знакомиться с Верой. Среди пришедших отобедавших было много младших научных сотрудников. Вера заняла одну из низких ступеней иерархии. Стол ей только пообещали:
— Вот придёт новая мебель…
Вера поняла, что её основная обязанность будет мыть чашки после чаепития. Эта перспектива энтузиазма не прибавила, и Вера подумала:
— Что поделаешь, жить-то надо!
Отработав первый рабочий день, она пошла домой. Видимо, это был один из самых удачных дней её жизни. В холле общежития для аспирантов её давно дожидался Раф, который, наконец-то, приехал на отгулы. Он после трёхдневных отчётов в конторе экспедиции взял билет и прилетел прямо к Вере, без всяких согласований. После долгих объятий счастливая Вера спросила:
— А что же ты не сообщил о приезде?
— Да вот, хотел застать тебя врасплох, с женихами! — пошутил, в своём ключе, Раф.
— Какие женихи? Я к тому, что я бы сходила в парикмахерскую, причёску навила бы!
— Но ты мне дорога такой! — пропел её возлюбленный.
Не обращая внимания на вопли вахтёрши, что надо записаться по документам, Раф «паровозом» прошёл вслед за девушкой своей мечты, за Верой. В комнате та попыталась навести порядок, который и так был относительно соблюдён, но Раф увлёк её целоваться. Он попытался перевести поцелуи в более решительные действия. Но Вера твёрдо сказала ему:
— Рафик, я для себя уже всё решила! Но пусть это состоится вечером, когда темно!
— А, что нам мешает сейчас этим заняться! — вскричал распалённый Раф. — Я так долго ждал этого мгновения!
— Дело в том, что я до сих пор девушка. Я ждала тебя. И для меня это очень волнительно, пусть это пройдёт вечером, как положено!
— Кто такие порядки устанавливал, я не знаю!
— Я очень стесняюсь!
— Ну, ладно, — Раф стал успокаиваться. — Давай, корми мужчину!
— А у меня ничего нет. Подожди немного. Я схожу в магазин!
— Ну, ты оптимистка! Что же ты купишь в магазине, икру баклажанную? Давай пойдём в ресторан, тем более что повод есть!
— Да я как-то не привыкла ходить в рестораны. Давай, сходим в столовую, что ли?
— Ну, ты придумала! Может, ещё в студенческую? Я принимаю это за юмор. Пошли, пошли! Я с больших заработков. Могу же я угостить свою невесту!
Вера стала собираться, последовали слова:
— Я даже не знаю, что мне одеть?!
— Началось! Ты сильно не переживай, ресторан это та же конюшня, я могу туда пойти даже в спецовке!
Вскоре они уже обедали солянкой сборной и бифштексами. Выпили аж две бутылки шампанского, вернее, пил больше Раф, а Вера лишь поднимала тосты и пригубливала. Вскоре в ресторане заиграла музыка, воспроизводимая местными музыкантами. Зал к этому времени наполнился. Большинство это были мужчины, объединенные стайками по два-три человека. Некоторые пристально поглядывали на Веру. Раф вспомнил, как он уводил чужих невест, и ему стало неприятно от этих воспоминаний. Он живо поставил себя на место обокраденного жениха. Конечно, Вера таких рокировок не допустит, даже в самых приблизительных допусках. Но Раф, всколыхнутый воспоминаниями, как он хулиганил в своё время, поспешил увести свою спутницу из этого вертепа, где танцы уже набрали обороты, и пошли заказы «лезгинки».
По пути они купили конфет, торт по два рубля пятьдесят копеек, масляный с розочками и белым полем, окаймлённым тривиальным кантом. На вахте Раф спросил дежурную:
— Дежурите? Ну-ну. Вернусь, проверю! — и прошёл без предъявления документа. Вахтёрша силилась вспомнить, где она видела этого представительного мужчину, но махнула рукой…
Придя в комнату, Вера сходила в душ, который располагался дальше её комнаты по коридору. Придя в комнату, она увидела, что её избранник уже лежит раздетый под одеялом и его сотрясает дрожь от возбуждения. Она спросила:
— Ты что, замёрз?
— Да, замёрз! Иди сюда!
Она нырнула под одеяло и сообщила своему избраннику, что она ещё девушка и решила, что первым её мужчиной станет он, её любимый Рафик. Рафа это сообщение немного обескуражило, что бы выиграть время, он вручил ей в руку свой набрякший «конёк». Потрясенная девушка спросила: