Доктор подтверждения не ждал, но я не поленился моргнуть. Странный разговор, в сочетании с хорошей новость, неожиданно увлек меня.
— Короче говоря, лаборатории теории игр академика Аристарха Нагорного нужен доброволец для проведения ряда испытаний по возможностям прямого взаимодействия компьютера и человеческого разума. Подчеркиваю: именно разума, а не магнитно-электрических сигналов мозга. От желающих испытать на себе новую аппаратуру отбоя нет, но неожиданно возникла одна проблема. Подстройка системы весьма длительный, многочасовой процесс, а обычные люди — существа несовершенные и долго в состоянии полного покоя пребывать не могут. То живот прихватит, то еще чего-то вспомнится, а там, глядишь — рабочий день закончился. Вот я и подумал: почему не совместить? Исследовательскому институту — идеальный объект для испытаний, а тебе — какое-никакое, а развлечение. Уговаривать не стану, ты пациент опытный, сам знаешь: как важны для выздоровления позитивные эмоции. И, что тоже немаловажно, тебе за это еще и заплатят. Думаю, некоторая прибавка к персональной пенсии героя, лишней не будет? Особенно, когда начнется восстановительная терапия и организм захочет разных вкусностей и деликатесов, в больничном меню не значащихся. Ну, говори сразу: идти за профессором?
Мои глаза закрылись даже быстрее, чем вечно во всем сомневающееся сознание дало отмашку. Почему бы и нет? Арестанты, осужденные на длительные сроки, дабы разнообразить досуг, заводили дрессированных крыс или пауков. Так, неужто, цельный академический профессор, типа: два в одном флаконе, окажется неприятнее в общении?
— Я и не сомневался в твоем решении, — одобрительно кивнул Василий Васильевич, поворачиваясь к приоткрытой двери. — Господин профессор, заходите. А я, Игорь, побегу дальше. Позже загляну, и мы еще поболтаем.
В палату шагнул высокий, стройный мужчина… Светло-серый костюм сидел на нем безукоризненно элегантно, с присущей аристократии небрежностью. Впрочем, угадываемые под тонкой тканью, мышцы скорее могли принадлежать гимнасту или многоборцу, нежели манерному носителю голубой крови. Грубые черты лица, чуть облагорожены длинными вьющимися волосами, аккуратно подстриженными усами и небольшой, академической бородкой. Зато глаза мужчины излучали такую силу, что само пространство, казалось, готово было скукожиться или распахнуться перед ним, как полиэтилен вблизи огня. И даже несколько пижонская трость не портила впечатления. В самом деле, не руками ж отодвигать, преграждающих путь, невежд.
Фактурный товарищ… Вот кого надо было приглашать на роль Воланда, а не, безусловно, гениального, но слишком простоватого и свойского «марафонца» Басилашвили.
— Будем знакомы Арагорн Московский! — громко и отчетливо пробасил профессор! — Мои соболезнования, и извинения за неумышленную бестактность, но твоя неподвижность, Игорь, как нельзя лучше отвечает выдвигаемым требованиям, для участия в эксперименте. Но прежде, чем продолжить, разреши уточнить некоторые аспекты твоего эго. Не возражаешь против небольшого теста?
«Если б возражал, то давно б развернулся и ушел», — хмыкнул я мысленно.
— Ну и отлично, — усмехнулся профессор. — Вопрос первый: вы видите, как дерутся двое мужчин. Мощный громила и интеллигентный очкарик. Кому из них вы бы стали помогать?
Я за справедливость. И вообще, не понял: а к чему здесь внешность? Иной хлюпик десяток громил уложит и не вспотеет. От выучки зависит.
— Логично, — согласился академический профессор.
Хотя мне лично он больше смотрелся за карточным столом, где поверх горы фишек лежит пара пистолей, а у игроков под рукой, так на всякий случай, надежная шпага.
— Извини, я забыл, что ты боевой офицер, и прошел спецподготовку. А скажи, Игорь — тебе понравилось убивать?
Вот еще глупость? Как может нравиться убийство? Хуже нет ощущения, даже, если уничтожил врага. Хотя, на войне все иначе. Не ты — так тебя. А меня за что? Но в ответ я мог только старательно и возмущенно таращиться. Кстати, а профессор не прост. Похоже, отличный физиономист, читает ответы по выражению морды лица, как по писаному.
— Уточним вопрос. Ты вооружен, и можешь совершенно безнаказанно застрелить или устранить любым иным способом сколько угодно других людей. Как в гетто…
А академик-то, похоже, сам нуждается в лечении. Я же солдат, офицер, а не маньяк-садист. Бред!
— Усложним задачу. Среди тех, кто оказался в твоей власти, группа подонков изнасиловавших твою девушку. Убьешь?