Из приготовлений к эксперименту мне запомнилось только негромкое, чуть суетливое щебетание ассистенток профессора, мягкие и нежные прикосновения, ласки, воспринимаемые даже теми частями тела, которые я давно перестал ощущать. Потом мне смочили губы чем-то приторно сладким, с ускользающим привкусом дюшеса, и я уснул.
Снилась странная смесь воспоминаний и фантазий. В том числе эротических, если не уточнять. Видимо, не остался незамеченный организмом контакт с девичьими пальчиками и ладошками.
А когда снова открыл глаза, то увидел прямо перед собой, свисающий с потолка огромный монитор. Еще не включенный и отражающий в глубине черного экрана худющую, заросшую густой щетиной физиономию человека, отдаленно похожего на меня. Со стильной чалмой из блестящей материи на голове. Отражение, как и я, оставалось совершенно неподвижным и только таращилось в ответ.
Понадобилось секунд пять, чтобы сообразить, что я действительно разглядываю самого себя.
— Ой, вы уже проснулись, Игорь. Как самочувствие? — тут же метнулась ко мне одна из сестричек. Самая сексуальная из троих, как на мой вкус.
«Та что ж ты не угомонишься то никак? Маньяк, мля!»
Естественно, в ответ я привычно промолчал.
— Пока вы дремали, мы все подсоединили и готовы начать в любой момент. Может, прежде чем приступить к работе, вы что-то хотите? Говорите, не стесняйтесь. Мы все сделаем… Все что угодно. Любой каприз... правда… любой… — взгляд чуть затуманенный и голосок такой чувственный, б...ский.
Предложила б ты мне, крошка, такое годика полтора назад, уж я бы знал: что попросить, а то и потребовать. А теперь, как говаривал незабвенный старший помощник Лом: «Извините, Христофор Бонефатиевич, но измерить глубину воды за бортом не представляется возможным, из-за отсутствия таковой».
— Тогда проведем небольшой инструктаж, — слегка заалела щечками прелестная сестричка. Видимо, взгляд был красноречивее любых слов.
Неужели на моей похабной морде все мысли так отчетливо проявляются? Или сказывается богатый опыт общения с парализованными? Хотя, откуда опыт? Стали б они со мною возиться, будь у них больше расходного материала… Не, женская интуиция, зуб даю. Вон, даже верхнюю пуговичку на халатике застегнула. Блин, лучше б она этого не делала. Так я только чуток кожи в вырезе видел, а теперь ткань на груди натянулась… Да ё-мое. Милая — это уже диверсия! Лифчик тебе точно не нужен, но лучше надевай… Хотя бы на работе.
— Не отвлекайтесь, Игорь… — подсела ко мне вторая ассистентка, шугнув первую. Такая же миловидная, как и подруга, но отчего-то вызывающая скорее родственные чувства, нежели желание. И одетая по всей форме. — Суть эксперимента, в котором вам предложено принять участие, заключается в том, чтобы изучить возможности человеческого разума. Научные термины опустим, а процедура очень простая. На компьютере, монитор которого вы видите прямо перед собой, установлена игра. Вы будете играть, а мы — проводить необходимые измерения. Как видите, все очень просто. Никаких условий, никаких ограничений, просто играйте.
«Чем играть, дура? Извини, погорячился, — тут же одернул я себя, видя как обиженно округляются глаза девушки. — Вы подумали, чем я буду кнопки нажимать?»
— Странно, — отомстила мне за грубость сестричка, — а кажетесь таким сообразительным. И за что только в армии офицерские звания дают?
«Чем больше дубов — тем крепче оборона». Ладно, проехали… Это я спросонок. Понятно, не зря же мне эту чалму, типа Абдурахман ибн Хоттабыч, на голову намотали.
— Вижу, Игорь, вы уже догадались, что управлять игровым героем придется исключительно силой мысли?
Присела с противоположной стороны третья ассистентка странного академика и аристократа.
— Это не так сложно, как кажется. Вы попытайтесь ощутить его, войти в образ. Сродниться с выбранным персонажем. И, главное, не волнуйтесь. Вера с Любовью вам во всем будут помогать. А я, так вообще, — улыбнулась ободрительно девушка, — как всем известно: умираю последней. Ну, так что мы можем работать?
Работать?! Привычная команда подстегнула меня, как горн боевого коня. «Работай, слюнтяй!» — кричал тренер, когда Абдула Керимов выбил дух из моих легких мощнейшим ударом, и я едва не поцеловал ринг. «Работаем, парни…» — говорил я сам, когда противник оказывался в зоне досягаемости, и взвод открывал огонь на поражение.
Не желая разочаровывать прелестных ассистенток и сестричек, я медленно закрыл глаза, почти физически чувствуя, как проваливаюсь в непроницаемую тьму монитора… И когда, по моим личным ощущениям, до контакта лба и стеклянной поверхности оставались считанные микроны, поверхность экрана ожила. Отбрасывая меня обратно в кровать мощной волной тепла и света. Компьютер проводил загрузку файлов.