— Я буду забирать файлы, когда ты будешь в суде или на ланче.
Я кивнул.
— Разумно.
— Любые возникшие вопросы, я буду задавать тебе по электронной почте или оставлю записку на столе.
— Хорошо. — Она правда хотела держаться от меня подальше, и, несмотря на то, что всего несколько минут назад мне хотелось того же, почему-то ее желание держаться от меня подальше меня заинтриговало. Я ей настолько нравился или из-за феерического секса, что она не доверяла себе и не могла находиться со мной рядом? Я-то чувствовал именно это.
— Хорошо, — произнесла она.
— Превосходно, — ответил я.
И она посмотрела на меня своими синими глазами и медленно, преднамеренно моргнула, отчего мне захотелось расстегнуть ее блузку и полакомиться ее грудью. Засунуть руку ей под юбку и ощутить ее шелковистую киску в последний раз. Она вызывала во мне первобытный инстинкт, раньше такого я не чувствовал.
О чем я только думал? Должно быть, она умеет ворожить. Другого объяснения у меня не было. Женщины никогда не забирались мне в душу, никогда настолько не привлекали моего внимания, как Вайолет. Я прочистил горло и протянул ей листок.
— Вот, закрой, пожалуйста, дверь, когда будешь уходить.
Неуверенно она шагнула вперед и потянулась к листку.
— Спасибо, — произнесла она, коснувшись до моей руки пальцами. Ее прикосновение только увеличило мое желание притянуть ее к себе. Но я сопротивлялся, отступив назад, наблюдая, как она отвернулась, я заметил складку у нее на переносице, словно она смутилась.
Я поднял глаза, когда скрипнула медная ручка двери. Она оглянулась через плечо.
— Пока, Александр.
— Пока, Вайолет.
И повернулся к ноутбуку. Вернувшись назад к своей работе, в которой мог легко ориентироваться, к той части своей жизни, в которой был очень хорош.
13.
Вайолет
— На самом деле, я буду рада дать тебе напрокат любое платье, — сказала Дарси, пока я сидела лицом к гардеробной, со скрещенными ногами на полу у ее огромной кровати с балдахином.
Я поморщилась от скрежета вешалок о перекладину. Дарси рылась на полках в поисках платья, которое я могла бы взять у нее на прокат на церемонию награждения.
— Которое тебе не жалко, и оно не совсем тебе нравится. — Произнесла я.
— Это всего лишь платье, а не бывший парень, — ответила она. — Бери любое, какое хочешь. — Она вытащила платье на вешалке в полиэтиленовом футляре и повернулась ко мне, держа его перед собой. — Этот цвет тебе очень подойдет.
— Фиолетовый?
— Ремень со стразами. Очень красивый. — Она расстегнула футляр и достала фиолетово-синий струящийся шифон. — Василькового цвета.
Я подалась вперед, схватив кучу воздушного материала.
— Оно слишком дорогое… это платье для меня слишком…, чтобы взять его напрокат.
— Не будь смешной. Примерь.
Я встала, полностью очарованная сказочным платьем, не в силах избавиться от чувства, что никогда его не сниму.
— Давай. Раздевайся и сними лифчик. Одно плечо со шлейфом.
Дарси выжидающе смотрела на меня, и я начала раздеваться.
— Итак, как обстановка с мужчинами? — поинтересовалась она, и ее глаза засветились.
Я не рассказывала ей об Александре.
— Никак, — просто ответила я, снимая джинсы.
— Неужели уже прошла целая неделя, а у тебя так и не было мужчины? — Дарси протянула мне платье, и я стала его надевать. Шифон парил по коже, как тысячи поцелуев. Я содрогнулась.
— Вау. На тебе оно смотрится просто потрясающе. — Она поправляла ткань у меня на плече. — Похоже на шлейф или шарф, — сказала она, материал рукава парил позади меня. На вешалке лиф выглядел свободным, сейчас же он плотно облегало грудную клетку, ткань обтягивала все тело.
— Очень красиво, — произнесла я, оглядывая себя снизу. — Но я не могу его взять.
— Конечно же, очень красивое, это же Эли Сааб, и ты обязана пойти в нем. Посмотри на себя в зеркало. — Она кивнула в сторону зеркала в полный рост на другой стороне комнаты. — Ты выглядишь в нем просто потрясающе.
Я привстала на цыпочки, чтобы юбка не скользила по полу.
— О, вау, здесь разрез, — произнесла я, как только при моем шаге ткань раздвинулась, обнажив ногу почти до бедра.
— Только с одной стороны, — ответила Дарси. — С твоими ногами, оно идеально тебе подходит.
Я стояла перед зеркалом и выглядела совсем по-другому. И я была уверена, что дело не только в платье. В Лондоне все было по-другому. Я жила сейчас в Лондоне. И та бравада, которую я обычно использовала как щит, сменилась подлинным стремлением учиться и узнавать что-то новое.