Я опустил голову и потерся зубами о ее плечо, мне хотелось, чтобы она чувствовала меня везде.
Приподнявшись на руках, она закричала, прижатая мной сверху, когда я немного изменил свой угол.
— Слишком хорошо. — Вибрация ее голоса прошлась по моему позвоночнику, дойдя до члена. Этой женщине достаточно было просто заговорить, чтобы довести меня до грани.
Я почти вышел полностью и снова толкнулся, затаив дыхание от дикой страсти.
— Так я могу услышать, как меняется твое дыхание. Могу даже прошептать тебе на ухо, насколько это приятно. — Я вошел снова, резко и решительно. — И я могу сказать тебе, насколько сильно собираюсь тебя трахать.
Она застонала, и я взял темп, желая доставить ей еще один оргазм, прежде чем рухну в свой. Вайолет пыталась двигаться, пыталась поднять руки, но терпела неудачу. Она была подо мной там, где я и хотел ее видеть, полностью под своим контролем, прирученную и покорную. Я положил ее руки по бокам ее тела, она вздрогнула, повернулась лицом к матрасу и закричала.
Я продолжал совершать толчки, прекрасно понимая, что долго продержаться не смогу, пока она будет сжиматься вокруг меня.
— Бл*****дь, — закричал я, кончая в хвосте ее оргазма, прижимая ее к матрасу каждым толчком.
Я рухнул на нее сверху, перевернулся на спину и выбросил презерватив. Сердце билось в груди бешено, пульс гремел в ушах.
— Вайолет? — Она и пальцем не пошевелила.
Повернула голову, все еще лежа на животе, руки, вытянутые вдоль тела.
— С тобой все нормально? — Поинтересовался я.
Она моргнула, будто вышла на солнце после нескольких часов сидя в темноте.
— Думаю, да. Это было… сильно.
Я протянул руку, и она повернулась ко мне.
— Что-то появилось между нами на время.
— Может, и появилось, — сказала она, проводя пальцами по моей груди. — Но я думаю, что это нечто большее. Точно не знаю, что это такое, но больше, чем секс.
Я понял, что она имела в виду. Не мог отвергать хороший секс, но она была права, что-то было такое, большее, чем просто секс. Может из-за того, что узнали получше друг друга за ужином, но сейчас была не просто похоть. Я понимал, что в первый раз в моем офисе у нас была поспешная связь, но сегодня связь была не только физической. Она была очень сильной. Больше, чем связь. Более глубокой. У меня никогда не было такого раньше, и сейчас я задумался, смогу ли я ее утолить, свою жажду. Смогу ли я когда-нибудь отпустить Вайолет?
Она погладила мою грудь и наклонилась ко мне, просунув свою ногу между моими, ее кожа была горячей, прижавшись киской к моему бедру.
— Я снова хочу, — прошептала она.
Она выделила слово «хочу». И я понял, что это больше, чем жажда. Она приподнялась на руках и оседлала меня, мой член грелся в складках ее киски, она смотрела на меня, двигаясь на нем. Я провел руками по ее груди, зажав соски большим и указательным пальцами, лениво ущипнул и отпустил, ее грудь качалась передо мной. Наслаждаясь каждым подпрыгиваем и дрожанием. Она начала двигаться. Черт, прошло всего несколько минут с тех пор, как я кончил, и пройдет еще несколько минут, как я стану жесткий. Она положила ладони мне на грудь, сжав, моему члену это понравилось, я схватил ее за бедра, зарыв пальцы в ее кожу, где им было самое место, поощряя скольжение ее влажной киски по моей растущей эрекции.
Она тяжело задышала, опустив голову вперед, ее блестящие черные волосы спадали с плеч к моим рукам, соединяя нас, пока она двигалась все быстрее и быстрее, побуждаемая моей твердой хваткой.
— Ты настолько чертовски хорошо ощущаешься, — прорычал я.
— Я хочу, чтобы ты трахнул меня, — запричитала она, остановившись и рухнув мне на грудь. — Мне очень нужно, пожалуйста.
Дерзкая, сексуальная женщина умоляла меня о моем члене. Лучше и быть не могло. Кровь прилила к нему, я перевернул ее на спину одним быстрым движением. Опустился на колени, раскатав презерватив. Мне тоже необходимо было оказаться внутри нее, словно я не добирался ранее до Британии этим вечером.
Когда я вошел в нее, мы оба застонали.
Она все еще была такой тугой, как кулак вокруг меня. Мне не хотелось кончить через несколько секунд.
Глядя ей в глаза, я начал двигаться, она была скользкой и мокрой, скольжение было настолько чертовски совершенным, что мне пришлось сосредоточиться на чем-то другом. Но куда бы я не посмотрел, везде видел Вайолет. Я наклонился вперед, прижимаясь губами к ее губам, небрежно разграбив ее рот, затем прижался лбом к ее губам, разделяя наше дыхание, слова и удовольствие.
Подо мной ее звуки становились громче, предложения путались, превращаясь в обрывки фраз, а потом в слога.