— Я не могу. Ты никогда меня ни о чем не просила.
Она наклонила голову.
— На самом деле, это неправда. Я очень прошу тебя всякий раз, желая получить твой член.
Я хмыкнул.
— Да, жаловаться на это я не буду никогда.
— Но если ты считаешь, что это будет лучше для тебя, то я с радостью буду проводить с тобой больше времени.
Эта была не та реакция, на которую я рассчитывал. Я хотел дать ей понять, что у меня будет больше времени для нее, если она захочет продлить свое пребывание в Великобритании, может даже останется учиться здесь, но, возможно, она даже не думала об этом.
— Я ничего не понимаю. Ты подталкиваешь меня быть эгоистичным?
— Я не хочу ничего ожидать, а потом разочаровываться. Подвести тебя. Понимаешь? И я не хочу быть обузой. Я просто хочу наслаждаться нашими отношениями.
Я наклонил голову и поцеловал ее в губы. Я подниму эту тему за ужином. Мне хотелось бы понять причины, по которым она думала, что я могу ее разочаровать.
— Как мы можем не наслаждаться? Мы же в Беркли-сквер. — Я взглянул на почти голые деревья. — Ты слышишь соловьев?
— Соловьев?!
— Да. Они поют на Беркли-сквер. Ты не слышала эту песню? Фрэнк Синатра пел лучше всех.
— Все его песни фантастические.
— Именно. — Я схватил ее за руку, прижался к ее щеке щекой и начал медленно двигаться из стороны в сторону, напевая знакомую мелодию.
— Мы будем танцевать? — спросила она, улыбаясь.
— В Беркли-сквер с тобой. Мы должны танцевать щека к щеке и слушать соловьев.
— А это не противозаконно? — спросила она, пока я кружил нас.
— Нет. — Я наклонил ее назад, она засмеялась, ее смех был намного красивее, чем соловьиные песни.
Я взял ее лицо в руки и оставил еще один поцелуй у нее на губах, прежде чем за руку с ней отправиться в ресторан. Не помню, чтобы когда-нибудь испытывал такие чувства. Раньше я мог ощущать удовлетворение, гордость. Даже был довольным. Но я никогда не чувствовал себя таким счастливым.
Она недоверчиво покачала головой.
— Как, черт возьми, ты стал таким романтиком?
Романтик было последним словом, относящимся ко мне, но именно благодаря Вайолет Кинг я сделался романтиком. Она превращала меня в мужчину, который стал брать отгулы по субботам и танцевал с ней в парке.
— Святое дерьмо. «Бентли» и «Бугатти» — магазины на этой улице? — спросила Вайолет, проходя мимо витрин выставочных залов этих фирм на Брутон-стрит. — Насколько роскошно то место, в которое мы идем?
— Не очень. Но еда хорошая, а ты любишь китайскую кухню.
— Да, — сказала она, мы улыбнулись друг другу.
— Алекс, — окликнул мужчина спереди.
Я поднял голову и увидел Лэнса с женой, идущих к нам навстречу. Вайолет, проследив за моим взглядом, стала вытаскивать свою руку из моей, когда увидела, кто к нам направляется. Я не отпускал ее. Не было никакого смысла — они нас уже увидели.
— Флавия, это Вайолет Кинг, — сказал Лэнс, представляя свою жену. — Алекса ты знаешь.
После знакомства и обязательных поцелуев в щеку, Лэнс произнес:
— Я так рад, что столкнулся с вами двумя. Ты был очень осторожен. Я понятия не имел, но хотел бы, чтобы так и было. — Он повернулся к своей жене. — Вайолет — первый человек, с которой мне довелось быть знакомым, смогла разобраться со счетами Алекса. А теперь она даже убедила его взять выходной в субботу. Каждый день все необычнее и необычнее, как я погляжу.
— Это была моя идея. Вайолет не нужно меня уговаривать, чтобы я пригласил ее на ужин. — Из нашего недавнего разговора с ней я понял, что Вайолет не понравится сама мысль, что я буду проводить с ней вечер в результате ее уговоров.
— Еще лучше, — сказал он. — Я очень рад за вас обоих. — Он схватил меня за плечо. — Позаботься о ней.
— Да, сэр.
— Ну, что ж хорошего вечера. Мы направляемся в рыбный ресторан за углом, — признался Лэнс.
Мы попрощались и пошли в ресторан.
— Ты в порядке? — Спросил я.
— Наверное. Я рада, что он не против, но лучше было бы, если бы мы с ними не сталкивались. Надеюсь, он не расскажет Крейгу.
— Нет, конечно, но я могу попросить его ничего ему не говорить, если тебе от этого будет легче. Но Крейг не стал бы возражать.
— Я не хочу, чтобы ко мне менялось отношение.
Я сжал ее руку.
— Без проблем. Я попрошу Лэнса никому не говорить.
Я назвал свое имя метрдеотелю, и нас провели к заказанному столику.
— Давай забудем о встрече с ними и начнем наслаждаться вечером, — сказала она. — Ты закажешь для меня? Я понятия не имею, что хочу.
Я хмыкнул.
— Конечно. — Пробежался по меню. — Ты можешь мне пока рассказать все о Колумбийском университете. Ты много об этом думала, да?