Харт усмехнулся.
— Сами увидите, что я прав.
Труппа состояла из десяти человек. Самым старшим в ней был дядюшка Дин, самым молодым — Эдвин. Харту было около тридцати, как и Зерине. Жонглёры и акробаты Алед и Эрид мало играли в спектаклях, как и силач Патал — неразговорчивый, грубоватый человек с добрыми глазами. Маленькая, кругленькая Вильта обычно играла добрых волшебниц или мирных старушек. Выделялась внешностью черноволосая красавица Аланда, которой всегда доставались роли героинь — а Гебор выглядел совершенно обычно, у него не было ни одной яркой внешней черты, но фантастическая способность к перевоплощению позволяла ему играть практически кого угодно. Как шутили в театре, Гебор сыграет и старого отца, и его юную дочь.
Наговорившись о ключах и Рэграсе, актёры начали петь. Прозвучало много песен — и смешных, и грустных.
Совсем стемнело, загорелись звёзды. От большого костра было жарко, пощипывало глаза, а в спину тянуло холодом. Диаманта почувствовала, что кто-то набросил ей на плечи накидку. Обернулась и увидела Эдвина.
— А давайте споём Диаманте «Дорожную звезду»! — вдруг предложила Зерина.
Негромко подпевая, Диаманта почувствовала, что у неё сладко защемило где-то внутри. Общаясь в университете с ровесниками, которые всегда старались перещеголять друг друга знаниями и остроумием, она привыкла к постоянному притворству и недоговоркам. А сейчас видела людей, которые ведут себя абсолютно искренне, говорят то, что думают, не стесняются и не боятся показывать свои чувства, хотя их работа — играть и притворяться.
На ночь женщины расположились в фургоне, а мужчины — у костра. Зерина устроилась рядом с Диамантой и шёпотом расспрашивала о её приключениях, пока Аланда не прервала их недовольным тоном:
— Может, договорите завтра? Я спать хочу!
Диаманта долго не могла заснуть из-за громкого храпа, доносившегося снаружи, и назойливых комаров, пищавших над самым ухом. Наконец она поплотнее укрылась одеялом и задремала. В голове всё ещё звучала песня:
Упоминание о ключе показалось хорошим знаком, окончательно примирив её с новой жизнью.
ГЛАВА 5. Эстуар
Утром Диаманта пошла умываться к ручью, с наслаждением вдыхая свежий воздух и любуясь росистым лугом и деревьями в нежной дымке.
Патал неторопливо развёл костёр. Близнецы и Харт некоторое время разминались, а потом занялись отработкой акробатических номеров. Диаманта с детским восторгом наблюдала, как они делают казавшиеся очень опасными прыжки через голову. Эдвин хотел присоединиться к ним, но Харт резко одёрнул его.
— Куда? Только попробуй, получишь у меня! Ты посмотри: еле ходит — а туда же, надо непременно позаниматься сложными трюками!
— Понемногу уже можно начинать.
— Да нельзя, бестолочь! Если сам не понимаешь, послушай, что другие говорят!
— Не кричи так, Харт, — попросил Дин.
— Я не хочу, чтобы он хромал остаток дней своих, только и всего! Скажи мне за это спасибо, Эдвин.
— Спасибо, — кивнул Эдвин и вздохнул. — Не обращай внимания, Диаманта, он у нас всегда такой.
— А Эдвин у нас всегда строит из себя героя! Он сейчас ещё наврёт тебе, Диаманта, что у него не болит нога.
Диаманта с улыбкой наблюдала их перебранку. Харт переключился на Аледа и отругал его за то, что тот неправильно выполнил какое-то акробатическое движение. Эдвин покачал головой, забрался в фургон, достал бумагу, грифель и начал что-то писать.