На следующий день Дин решил дать спектакль, и Диаманта первый раз увидела Эдвина на сцене — его нога зажила, и он, как раньше, играл принца Берайна. Её поразила разница в манере игры Эдвина и Харта. Харт привлекал публику энергией, быстротой реакции и остроумием, а Эдвин — тонкостью игры. Каждое его движение, взгляд, интонация смотрелись естественно. А в напряжённые моменты в его глазах и голосе появлялась такая внутренняя сила, что зрители внимательно ловили каждое его слово и жест. Если он улыбался или смеялся, это получалось так заразительно, что зрители тоже невольно улыбались.
Спектакль принимали прекрасно, публика вовсю веселилась, забыв про страхи и тревоги, и актёры были в ударе. После очередной смешной реплики Зерины раздался дружный хохот, который внезапно смолк.
Прямо на импровизированную сцену выехал офицер Рэграса на чёрном коне. Актёры растерянно расступились. Диаманта похолодела, ожидая, что её сейчас схватят. Но офицер достал какой-то свиток, развернул его и громко произнёс в наступившей тишине:
— Я пришёл сюда с миром и уйти хочу с миром. А теперь слушайте!
«Силы меняются. Отныне править Миром Дня будет его высочество Рэграс Гарер — законный наследник престола, согласно завещанию его отца, великого короля Дабета, и договору предков Берота II с родом Гареров.
Его высочество Рэграс предупредил Берота II о том, что если он не выполнит свой долг и не отдаст корону его высочеству добровольно, его высочество будет вынужден начать войну. Берот ответил на это предупрежение отказом.
Его высочество Рэграс проявил великодушие. Он не желает, чтобы мирное население напрасно страдало из-за глупости своего временного повелителя, поэтому Тарине дан срок до зимы. Если к зиме его высочество Рэграс не получит ключи от города, ему придётся начать войну. Тогда никому не будет пощады. Все непокорные станут рабами в Сером Мире».
Площадь сразу загудела. Откуда ни возьмись, появились гвардейцы короля и начали расталкивать толпу, чтобы арестовать посланника Рэграса. Послышались звуки потасовки. Актёры с трудом выбрались из давки и поспешили к фургону.
— Все здесь? — спросил Харт, поправляя куртку.
— Все, — кивнул Гебор. — Только что нам теперь делать?
— Здесь опасно оставаться! — сказал Эдвин.
— С этим никто не спорит! — раздражённо ответил Харт. — Только куда нам деваться? Разве что в твой Мир Неба, — добавил он с усмешкой.
— Это было бы самое лучшее.
— Так вперёд! Что нас держит?
— Пока предлагаю вариант попроще, — вмешалась Диаманта. — Поехать в замок Варос, к моему дяде. Там безопаснее.
Актёры переглянулись. Близнецы пожали плечами.
— Почему бы и нет, — решил Дин. — Хотя бы соберёмся с мыслями в спокойной обстановке.
— Поехали, нам терять нечего, — согласился Харт.
Вскоре фургон выехал из города по южной дороге. Было зябко, небо хмурилось, облака плыли низко. Казалось, ещё немного — и они начнут задевать желтеющие кроны деревьев.
Когда добрались до замка и дядя Рид вышел их встречать, Диаманта обрадовалась до слёз. Дядя был немало удивлён, обнаружив племянницу в такой странной компании, но принял актёров радушно — он и сам любил театр. А Диаманта первым делом спросила:
— Где родители?
— С ними всё в порядке, они в Лине. Вскоре после того, как вы ушли к Аксианту, им пришло известие о том, что тётушка Ильма тяжело больна. Они не стали терять время и поехали из Тарины прямо к ней — ведь я им регулярно сообщал, что у вас всё в порядке. А теперь вот война на носу. Я написал им, чтобы не вздумали возвращаться, пока всё не успокоится! На дорогах сейчас опасно. Они уверены, что вы с Мариеном здесь, в замке.
— Как хорошо! Я так боялась, что они попали к Рэграсу… А как тётя Ильма?
— Ирита пишет, что ей уже лучше.
— А вы ничего не слышали про Аксианта, дядя? Он не встретил нас в Эжанте, как обещал. С ним ничего не случилось?
— Он наверху, в гостиной, — сообщил дядя Рид, улыбнувшись в усы.
— Что?! Здесь, в замке?!! — Диаманта не знала, плакать ей или смеяться.
— Он приехал ещё вчера и ждёт вас.
Друзья привели себя в порядок, переоделись и пошли в гостиную. Как раз прозвонили к ужину. В кресле у камина сидел Аксиант, изящный, как всегда, в чёрном бархатном костюме, расшитом серебром. Актёры ему поклонились. Он небрежным жестом разрешил им садиться.
— Очень рад вас видеть! Диаманта, с кем ты уехала из Зота?