Каспар вытер свой кинжал о рукав и засунул обратно в ножны.
– Значит, он уже там.
– Верно. – Я обрадовался, что он наконец-то понял. – Я отвел его туда сегодня ночью. Вы спали, и я не хотел будить вас. Один мой друг открыл дверь вашей темницы, а потом снова запер, когда я вышел. – Я попытался вспомнить, действительно ли я слышал лязг засова, задвигаемого Ури. Я не помнил точно, а потому сказал: – В любом случае, я велел задвинуть засов. И почти уверен, что мое распоряжение выполнили.
– Это другой ваш друг, – медленно проговорил Каспар. – Не тот, с которым мне придется нянчиться.
– Верно.
Мужчина, недавно поваленный мною на пол, поднимался на ноги и нащупывал рукоятку длинного кинжала, висевшего у него на поясе. Я поймал его за кисть.
– Если ты вытащишь кинжал, мне придется отобрать его у тебя. Лучше сядь и поешь, пока весь сыр не кончился.
Каспар встал, пока мужчина садился на свое место.
– Хорошо бы вы поближе познакомились с Хобом.
– Согласен, – сказал я. – Мне бы хотелось уладить все недоразумения, коли такое возможно. А вы тем временем позаботитесь о моем слуге, правда? Я понимаю, что прошу вас о большом одолжении.
Он повернулся и важной поступью удалился из Большого зала.
Мастер Агр стоял спиной к окну, когда я вошел. Он кивнул, прочистил горло, немного подождал, словно собираясь заговорить, а потом снова кашлянул.
– Доброе утро, мастер Агр. Вы вызывали меня?
Мне сказали встать по стойке «смирно», как только я войду кабинет, и на всякий случай я снова вытянулся в струнку.
– Сэр Эйбел, я…
– Да, мастер Агр.
Агр вздохнул.
– Я не могу разговаривать с вами, когда вы стоите навытяжку. Пожалуйста, присядьте. – Он указал рукой на кресло. – Пододвиньте его сюда.
Он сел в свое кресло, за столом, заваленным разными документами и гроссбухами.
Я подволок кресло к столу и сел.
– Драки в Большой зале категорически запрещаются приказом герцога. Вам это известно?
Я кивнул.
– Да, сэр. Известно.
– Вы ударили одного из надзирателей табуретом. Так мне доложили. Сам я не видел.
– Сначала кулаком, мастер Агр. А табуретом потом, когда он стал подниматься на ноги.
Агр кивнул. Мне кажется, я вообще ни разу не видел его в хорошем настроении, а тогда уж он точно пребывал не в лучшем расположении духа.
– Почему вы так поступили, сэр Эйбел?
– Потому что мне нужно было поговорить с мастером Каспаром. И я понимал, что парень помешает нам, коли поднимется на ноги. Разговор предстоял трудный, и мне совершенно не хотелось ко всему прочему затыкать малого каждую секунду. – Я глубоко вздохнул, с таким чувством, что только усугубляю и без того скверную ситуацию, но уже не мог остановиться. – Позвольте мне сказать все, а потом уже говорите, что сочтете нужным. Я не ищу оправданий своему поступку, но и не считаю себя неправым. Иногда приходится делать исключения из правил. Вы собираетесь наказать меня. Я это знаю и ничего не имею против. Я вас не виню. Я прошу прощения за то, что нарушил порядок и причинил вам беспокойство. Но если такое повторится снова, я поведу себя точно так же.
Агр кивнул. Его лицо оставалось совершенно бесстрастным.
– Для воинов ниже рыцарского звания – таких, как я сам, – обычным наказанием в подобных случаях является пожизненное изгнание из замка. Для рыцарей срок изгнания исчисляется месяцами или годами.
– Ну и хорошо. Я в любом случае собирался отправиться на север. Сколько мне придется оставаться в изгнании?
Агр встал и подошел к окну. Он стоял там так долго, что я уж подумал, не ждет ли он, чтобы я удалился. Наконец он снова сел в свое кресло и сказал:
– В Большой зале и раньше случались драки, но они носили чисто бытовой характер. Ваш случай осложнен некоторыми обстоятельствами. Во-первых, сэр Эйбел, очень и очень немногие из наших рыцарей признают вас за своего. Вы должны понимать это.
Я сказал, что понимаю.
– Они против того, чтобы вы ели за одним столом с ними. И если я накажу вас как рыцаря, они вознегодуют еще сильнее. Не смотрите на меня так, пожалуйста. Я не собираюсь увольнять вас, словно простого слугу.
– Мне кажется, я хорошо показал себя.
– И мне тоже так кажется. И его светлости тоже. Я просто говорю, что вызову тем большее негодование, если накажу вас как рыцаря.