– В любом случае какая от них польза?
– А как же мы? – Анс растянул губы в болезненной ухмылке. – Спорим, я убью больше великанов, чем вы.
– Ты боишься, – сказал Тауг и понял, что так оно и есть.
– А вот и нет!
– А вот и да. Ты напуган и плохо вооружен. Как можно сражаться верхом на муле?
– Я попробую!
Тауг потряс головой:
– Тебя просто-напросто убьют. У меня есть для тебя поручение, которое спасет тебе жизнь. Видишь кота?
– Так это ж кот леди Идн.
Тауг кивнул:
– Видать, он забрался в мою переметную суму ночью, и коли он останется здесь, непременно погибнет. Я хочу, чтобы ты отвез кота к ней.
Мани нырнул в суму, скрывшись из виду.
– Нет! – решительно отрезал Анс.
– Я тебе приказываю.
– Я вам не слуга.
Анс ударил пятками в бока мула и опередил Тауга на половину корпуса.
– Я рыцарь. – Тауг сам удивился своим словам. – И я тебе приказываю. Отвези кота к миледи!
Анс помотал головой не оборачиваясь.
Вскипев гневом, Тауг пришпорил жеребца и хлестнул по загривку поводьями.
Жеребец рванул вперед галопом.
Колонна всадников стремительно пронеслась мимо Тауга, словно отброшенная назад незримой рукой. Прежде чем он успел перевести дыхание, они свернули с Военной дороги и стрелой помчались через холмистые пожухшие луга: он низко пригибался к холке, судорожно вцепившись в луку седла, а жеребец летел, буквально распластываясь в воздухе при каждом прыжке, напряженно вытянув шею и яростно грызя мундштук, с пеной во рту.
А Мани торжествующе восседал на спине всадника, запустив когти в рубашку и густые спутанные волосы Тауга.
Наконец жеребец выдохся и замедлил бег.
– Ну что ж, – провозгласил Мани, – это было уже неплохо.
Тауг вытаращился на него, насколько вообще можно вытаращиться на животное, сидящее у тебя на спине.
– Теперь тебе нужно лишь, – продолжал Мани, – самому перебить всех великанов, не дожидаясь остальных. Тогда ты сможешь восседать на груде мертвых тел к тому времени, когда подоспеет Гарваон со своим отрядом, и смеяться над ними.
– Ты умеешь разговаривать?!
– Разумеется, умею. – Чтобы вести беседу удобнее, Мани спрыгнул с плеча Тауга на военное седло, где еще оставалось много свободного места, когда в нем сидел мальчик. – Просто я весьма разборчив в выборе собеседников, вот и все.
Тауг ошеломленно потряс головой.
– Сначала моей хозяйкой была старая Халд. Она умерла, но я до сих пор разговариваю с ней. Потом появился сэр Эйбел, мой следующий хозяин. Если я скажу, что он тоже умер, ты снова расплачешься?
Тауг помотал головой, полагая, что повредился рассудком.
– Потом моей хозяйкой стала леди Идн. А теперь ты. Ты боялся, что она беспокоится за меня?
Белый жеребец остановился пощипать травы, но Тауг даже не заметил.
– Я не знал, что животные умеют разговаривать.
– Во всех своих заблуждениях повинен ты сам, – сказал Мани, – как в этой жизни, так и во всех последующих. Это один из вечных, непреложных законов. Но можешь не волноваться. Леди Идн приказала мне ехать с багажом, какой у них еще остался. Она беспокоилась о моей безопасности, что делает ей честь.
– Но ты ослушался, – сумел проговорить Тауг.
– Ну да. Ни один приказ, отданный животному, не имеет законной силы, ты ж понимаешь. По закону природы каждый кот сам себе господин. В этом состоит одно из принципиальных отличий кошек от собак. Вот если бы леди Идн отдала такой приказ своей собаке… то есть будь у нее собака. Ты понимаешь?
– Нет, – ответил Тауг и почувствовал, что еще никогда в жизни не высказывался правдивее.
– Ясное дело, у нее нет собаки. – Мани говорил извиняющимся тоном. – Я бы никогда не связался с…
Его прервал резкий, хотя и негромкий лай. Тауг повернулся в седле и увидел Гильфа, трусцой сбегавшего по склону холма, с которого они слетели галопом минуту назад.
– Если не считать старого пса сэра Эйбела, – плавно продолжил фразу Мани, – как я собирался сказать. Сэр Эйбел был благородным рыцарем, и мы с Гильфом заключили перемирие. Мы с ним заклятые враги. Однако такие враги, которые зачастую видят пользу в совместной работе на общее благо, хотя он и пытается урвать себе больше, чем заслуживает.
– То есть я не понимаю, как кот может разговаривать, – пояснил Тауг.
– Точно так же я не понимаю, почему все остальные животные не могут. – Явно довольный собой, Мани пригладил усы лапой. – Гильф пытается, но без особого успеха, должен сказать. Ты намерен последовать моему совету касательно великанов?