– Благодарю вас, прекрасная дева, – поклонился он. – Вы очень любезны.
Хела покраснела, но ничего не сказала. Рыцарь Солнца свистом подозвал своего коня и вскочил в седло, оттолкнувшись от земли копьем. Я вернулся на исходную позицию.
– Я сам однажды скакал навстречу противнику на хромом коне! – крикнул я. – Но за неимением другого выбирать мне не приходилось.
– У меня тоже нет выбора, – ответил рыцарь Солнца.
– Ваш оруженосец скоро подоспеет. – Я указал копьем. – Похоже, он ведет второго коня.
– Да, действительно так. – Гулкий голос, раздававшийся из-под золотого шлема, звучал непреклонно. – Но у меня нет иного выбора, кроме как сражаться на этом коне.
К нам подъехал рыцарь Леопардов:
– Вы сразились с сэром Эйбелом. Если вы не хотите признать свое поражение, вам придется сразиться со мной.
– Я бросил вызов сэру Эйбелу, – сказал рыцарь Солнца. – Когда он сдастся, я сражусь с вами, коли вам так угодно.
Герольд подхватил под уздцы лошадь рыцаря Леопардов и отвел в сторону. Мгновение спустя последний пожал плечами и кивнул.
Беря на изготовку копье и щит, я смотрел на герольда. Гнедой конь будет не особо проворен, и, возможно, седок тоже. Если мое копье попадет ему в грудь, он умрет.
Голос горна раскатился эхом по скалистому ущелью, и Облако вихрем понеслась вперед.
Мы сшиблись, как молния сшибается с башней. Позолоченное копье сломалось при ударе в мой щит. Острие моего копья прошло над правым плечом рыцаря Солнца, а мощный удар древка выбил противника из седла.
С помощью Хелы он поднялся на ноги – могучий мужчина, почти с меня ростом.
– Вы сдаетесь? – задал герольд традиционный вопрос.
– Только не я. – Он снова свистнул, подзывая своего коня.
Герольд взглянул на меня. Я кивнул, сопроводив кивок еле заметным жестом, и герольд сказал:
– Вам дается право повторного поединка. Сэр Эйбел подождет, когда подоспеет ваш оруженосец со свежей лошадью и другим копьем.
– Я благодарю сэра Эйбела, – ответствовал рыцарь Солнца. – Он истинный и благородный рыцарь, чьи отвага и великодушие несомненны. Мой оруженосец не придет. Я выступлю со своим мечом против копья сэра Эйбела.
Герольд снова взглянул на меня, и я подал ему знак. В следующий миг герольд уже сидел в седле и скакал галопом по Военной дороге в южном направлении.
– Я приказал своему оруженосцу не подходить ближе, – сказал рыцарь Солнца.
– Однако он подойдет, – сказал я, – со свежей лошадью для вас и с новым копьем.
Рыцарь Леопардов подъехал ко мне; Вальт и Анс следовали за ним, не отставая ни на шаг.
– Вы понимаете, что происходит, – прошептал он мне, – и я тоже хочу понять.
– Я бы сказал вам, если б понимал. Я понимаю немногим больше вас.
– Его оруженосец явится по вашему приказу?
Я кивнул.
– Не разумнее было бы велеть моему герольду доставить сюда коня и копье?
– Он явится, – сказал я.
Анс и Вальт переглянулись, но не произнесли ни слова. Рыцарь Леопардов упорствовал:
– Вы знаете этого рыцаря. Это явствует из ваших слов.
– Знаю, хотя на нем было не так много золота, когда я видел его в последний раз.
После продолжительной паузы рыцарь Леопардов спросил:
– Он боится, что вы убьете его, коли узнаете?
Я помотал головой и больше не отвечал ни на какие вопросы.
Охваченный возбуждением, Анс взобрался на огромный валун и выпрямился, насколько позволяла горбатая спина.
– Они едут, сэр! Один, другой и еще целая толпа. Сногсшибательное зрелище!
Герда подергала меня за плащ:
– Вы не прогоните мою Хелу за то, что она сделала, правда ведь? Она не хотела оскорбить вас.
Я улыбнулся:
– Он очень крупный мужчина, верно?
Не знаю, улыбка или мои слова успокоили Герду, но она улыбнулась в ответ.
Зрелище действительно было сногсшибательное, как сказал Анс. Впереди ехали два герольда, каждый со своим серебряным горном; на накидке у одного (что слева) сверкало вышитое золотом солнце, а у другого (что справа) изображались леопарды Сэндхилла. За ними следовал оруженосец рыцаря Солнца, ясноглазый юноша с волосами до плеч, в черной кожаной куртке, украшенной блестящими золотыми заклепками. Он вез два позолоченных копья, на каждом из которых развевался голубой вымпел с изображением золотого солнца.
За ним, колонной по одному, двигалась дюжина тяжеловооруженных всадников, сурового вида мужчин в кожаных лоскутных куртках и стальных касках – одни с мечами и луками, а другие с копьями, щитами и мечами. За ними ехали ливрейные лакеи, а замыкали процессию погонщики, ведущие нагруженных вьючных животных.